Морская коллекция

КРЕЙСЕРА ИТАЛИИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ

28.03.2014

КРЕЙСЕРА ИТАЛИИ ВТОРОЙ МИРОВОЙПо давно сложившейся традиции, итальянские крейсера, в том числе и тяжёлые, стали своеобразными «мальчиками для битья» в области кораблестроения. Трудно найти обзор или статью 30-х годов прошлого века, посвящённую военно-морским флотам, в которой в адрес «итальянцев» не отпускалась бы пара-другая весьма сомнительных «комплиментов». «Слишком легко построенные», «картонные», «плохо защищённые», «маложивучие», наконец просто «неудачные»... Между тем инженеры с Апеннинского полуострова создали и построили всего два типа тяжёлых крейсеров, каждый из которых заслуживал немало добрых слов и во многом превосходил своих соперников-современников, во всяком случае, «на бумаге».

 
Сразу после подписания Вашингтонского морского соглашения исконный соперник Италии, Франция, приступила к постройке новых крейсеров, причём к тройке 8000-тонных единиц типа «Дюгэ-Труэн» добавлялась пара предельного разрешённого водоизмещения — «Дюкен» и «Турвиль». Италия, получившая по условиям Вашингтонского договора неожиданный подарок — разрешение паритета со своим более представительным соседом, не могла оставаться безучастной. Попытка не отстать от французов привела к тому, что в 1923 г. было принято решение построить два корабля с максимально возможными характеристиками, то есть с восьмидюймовыми орудиями и водоизмещением в десять тысяч тонн; уже ранней весной следующего года судостроительные фирмы «Орландо» и «Стабилименто Текнико Триестино» получили заказ на принципиально новые крейсера. По любопытному совпадению, фирме из Триеста достался корабль под таким же названием. Итальянские фашисты, пришедшие к власти в стране, стремились всячески выпятить «великую победу» страны в Первой мировой войне. (Хотя на самом деле поздно вступивших в дело итальянцев не раз спасали от полного краха союзники по Антанте.) И в качестве своеобразной рекламы избрали тяжёлые крейсера: все они получили имена городов, отошедших от «лоскутной монархии» к Италии.
 
Перед итальянскими инженерами стояла совсем непростая задача. Мало того, что и у них не было никакого опыта в создании крейсеров нового типа. Ситуация усугублялась тем, что традиционно оказывавшие большую помощь англичане отошли от дел на полуострове, и их ученикам пришлось действовать самостоятельно. К тому же требования к проекту сразу были очень высокими. Власти желали иметь самые скоростные корабли, быстроходнее, чем у соседа и соперника, Франции.
 
Надо сказать, что конструкторам удалось неплохо справиться с поставленными задачами, хотя, как и всем участникам «крейсерских гонок», отнюдь не бесплатно. Для достижения казавшегося невероятным рубежа скорости в 36 узлов (такой ход могли развить лишь немногие эсминцы!) «Тренто» и «Триесте» пришлось сделать в пропорциях лёгких кораблей, длинными и относительно узкими. Их корпуса выросли почти до 200 м длиной — национальный рекорд, превзойдённый только гигантскими линейными кораблями типа «Литторио». Новой стала и форма корпуса: впервые итальянцы сделали его гладкопалубным, со значительным подъёмом к форштевню. Такая конфигурация привела к большой разнице в высоте помещений в носу и корме. Если каюты и кубрики в задней части крейсеров соответствовали самым скромным «панельным» стандартам при высоте потолка 2,3 м, то в носу образовались настоящие «сталинские хоромы» высотой свыше 4,5 м. Но, безусловно, главные новшества «затаились» внутри внушительной конструкции. «Гвоздём» проекта стала энергетическая установка мощностью в 150 тыс. л.с., занявшая почти 40% длины корабля. Для улучшения живучести её разместили в эшелонном варианте: с носа в корму шли два котельных отделения, затем турбинное, за ним — третье котельное и в «хвосте» этого «каравана» — второе турбинное.
 
Вопреки традиционным упрёкам, совсем неплохо выглядела и защита. В отличие от практически ничем не прикрытых «французов» первой генерации и скромных бронированных «ящиков» «англичан» и «американцев» на итальянских крейсерах применили традиционную для линейных кораблей схему. Бортовой пояс тянулся от передней башни до задней и закрывался сверху броневой палубой. Надо сказать, что и толщина обеих преград оставалась вполне солидной для «консервных банок» 20-х годов — 70 и 50 мм соответственно. В отличие от поистине «картонной» защиты артиллерии всех тяжёлых крейсеров конкурентов удалось прилично прикрыть башни главного калибра и даже водрузить 100-мм боевую рубку. Конечно, такая броня не защищала от восьмидюймовых снарядов, но, по крайней мере, избавляла огромные крейсера от унизительной возможности быть при случае изрешечёнными пушками эсминцев.
 
Фирмы, строившие эти принципиально новые корабли, столкнулись с таким количеством проблем, что не удалось даже выработать единого подхода к их решению. В результате строившийся в Триесте крейсер сошёл на воду без надстроек и большинства механизмов. А вот «Тренто» решили «начинять» до тех пор, пока не будут смонтированы все котлы и турбины, а на палубе заодно появились практически все основные надстройки и даже треногая передняя мачта. В итоге столь старательно опекаемый питомец оказался тяжелее своего «коллеги» на две с половиной тысячи тонн. И это едва не стало для него фатальным. При спуске на воду в присутствии членов королевской семьи и верхушки фашистской партии «Тренто» едва сдвинулся на полсотни метров и «завяз» на стапеле, начисто сорвав торжество. Скорее всего, ему «помогли» антифашисты, подсыпав песок в смазку. Так или иначе, но внушительный корпус украшал стапель в течение месяца, после чего его втихую стащил на воду... пассажирский пароход.
 
Сами же корабли вышли не только довольно сильными, но ещё и красивыми. Гладкая линия палубы, высокий борт, широко расставленные широкие трубы, характерная мачта с далеко расставленными «ногами» привлекали глаза моряков и праздных зрителей. Но, в отличие от вторых, первые активно думали о том, на чём им предстоит воевать, по возможности — прикрывшись толстой бронёй. Поэтому следующая серия с самого начала «затачивалась» под сильную защиту и умеренную скорость. Сразу в проект попытались заложить 200-мм броневой пояс и 32-узловую скорость, но даже самым большим оптимистам быстро стало ясно, что при законном «вашингтонском» водоизмещении это при любых ухищрениях просто невозможно технически. Адмиралы тут же предложили вообще не замечать договорных ограничений и увеличить новые крейсера (справедливо получившие обозначение «броненосных») почти до 15 тысяч тонн, считая, что тройка таких «богатырей» спокойно расправится с шестью обычными «договорниками». Но на подобную наглость не решились пойти даже фашистские власти, понимая, что тут же окажутся в роли изгоев. Оставалось экономить в весе на всём. Толщину броневого пояса уменьшили с 8 до 6 дюймов, решили применить максимально облегчённые механизмы с лёгких крейсеров, число валов сократили с четырёх до двух. Пришлось отказаться и от гладкопалубного корпуса, вернувшись к традиционной схеме с не очень длинным полубаком. (Тем самым, по крайней мере, удалось решить вопрос с «разновысотными» помещениями.) Корпус укоротили на 14 метров. Ценой всяческих ухищрений удалось снизить вес корпуса почти на 20%, по сравнению с «Тренто». Заодно решили отказаться от торпедных аппаратов, благо что установка их на предшественниках была весьма сомнительной. На «Тренто» и «Триесте» торпедные аппараты размещались неподвижно, перпендикулярно борту. Целиться в противника можно было либо самим кораблём, что в боевых условиях представлялось крайне затруднительным, либо предварительной установкой гироскопа, что также являлось трудно осуществимым при активном маневрировании. (Тем не менее морякам пришлось явно пожалеть об отсутствии хотя бы таких аппаратов в бою у мыса Матапан.)
 
Однако, несмотря на все ухищрения, водоизмещение «Полы» и её систершипов всё ещё оставалось на 1500 тонн больше нормы. По понятным только себе соображениям, такое превышение итальянцы сочли вполне приемлемым. В течение нескольких лет специалисты ведущих морских держав не без зависти смотрели на «броненосных» итальянцев, пытаясь сообразить, каким образом их соперникам удалось втиснуть всё в десять тысяч тонн. Секрет раскрылся во время гражданской войны в Испании. Муссолини активно демонстрировал интерес Италии к соратникам-фалангистам, посылая в испанские воды самые современные корабли. Но один из тяжёлых крейсеров после аварии пришлось отбуксировать в логово будущего противника — док в Гибралтаре. Там-то путём простейших подсчётов количества откачанной воды и выяснилось, что итальянцы «сжульничали». Впрочем, после драки оставалось только впустую возмущаться и махать руками.
 
Помимо сомнительных торпедных аппаратов, на новых крейсерах отказались ещё от одного «новаторского решения». Речь идёт о размещении гидроавиации, которой в те времена придавалось большое значение. Стремясь сэкономить место и вес, итальянцы поместили катапульту для выпуска гидросамолётов в самом носу, перед башнями главного калибра, а сами самолёты — под палубой. Решение изящное, но нерациональное. Понятно, что старт становился совершенно невозможным в боевых условиях: аппарат просто снесло бы за борт ударной волной газов из стволов орудий. Хуже то, что пользоваться катапультой было невозможно и во вполне мирное время на волнении или большом ходу, когда вместо газов самолёт смывала или повреждала вода. Подумав, конструкторы решили не оригинальничать и приняли на новом проекте традиционное расположение катапульты и гидросамолетов в середине корпуса.
 
Главным, чем «полы» выделялись среди «вашингтонцев» всех стран, стала броневая защита. Так же, как у предшественников, она соответствовала линкор-ной схеме; её основой стала цитадель, прикрытая с бортов высокими 150-мм плитами, утоньчавшимися книзу до 100 мм, а с носа и кормы — траверзами чуть меньшей толщины (120-90 мм). Сверху всё это «хозяйство» накрывалось 70-мм броневой палубой, достойной линейного корабля! (Так, механизмы «Нельсона» и «Роднея» отделяли от вражеских снарядов и бомб 76 мм брони.) Кроме этого, на крейсерах имелся верхний пояс, пусть тонкий — 30 мм, но способный защитить от лёгких фугасных снарядов, и 20-мм верхняя палуба. (Эта вспомогательная защита маловажных для сохранения боеспособности частей превышала таковую у механизмов британских и французских крейсеров!) Хорошо прикрывалась и артиллерия, и броневая рубка, имевшие толщину 150 мм. Даже артиллерийский пост удалось забронировать 130-мм плитами с боков и 100-мм — сверху. В целом защиту итальянских «броненосных крейсеров» (а именно так они первоначально и классифицировались) можно считать наилучшей среди всех «вашингтонских». Упорные критики в попытках найти хоть какой-то изъян указывали, что при мощной цитадели оконечности оставались совершенно незащищёнными, однако то же самое можно сказать и практически о любом крейсере 1930-х годов.
 
Итальянские инженеры доказали, что могут проектировать и строить прекрасные корабли. Им удалось даже сохранить на вполне приемлемом уровне скорость. Результаты заводских испытаний просто поражали: эти тяжёлые и довольно-таки короткие крейсера достигли умопомрачительных 35 узлов при проектных 32! Однако и здесь, как с водоизмещением, не обошлось без лукавства: на мерную милю их выводили без боезапаса и с минимумом топлива. Однако даже реальные 30 узлов, достаточно стабильно показывавшиеся на службе, являлись вполне приличными. «Быстроходные» «Триесте» и «Тренто», в сущности, в годы войны сохраняли примерно такой же ход. Отчасти скоростные достижения обеспечивались наличием в нижней части форштевня довольно большого бульба (впервые применённого ещё на «Тренто»). Этот почти обязательный для крупных современных кораблей и судов элемент конструкции активно и успешно применялся итальянскими конструкторами, ставшими пионерами в данной области.
 
КРЕЙСЕРА ИТАЛИИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ
 
169. Тяжёлый крейсер «Больцано» (Италия, 1933 г.)
 
Строился фирмой «Ансально» в Генуе. Стандартное водоизмещение—10 890 т, полное—13 665 т, максимальная длина — 196,9 м, ширина — 20,6 м, осадка — 6,8 м. Мощность четырёхвальной паротурбинной установки— 150 000 л.с., скорость — 36 узлов. Бронирование: борт 70 мм, палуба 50 — 20 мм, башни 100 мм, барбеты 70 — 60 мм, боевая рубка 100 мм. Вооружение: восемь 203/50-мм орудий, шестнадцать 100/47-мм зенитных пушек, четыре 40-мм автомата и четыре 13,2-мм пулемёта, три гидросамолёта. В 1938 г. вместо четырёх задних 100-мм орудий установлено четыре 37-мм автомата. В 1942 г. 13,2-мм пулемёты заменены на четыре 20-мм автомата. Потоплен подводными диверсантами в июне 1944 г. в гавани Специи.
 
170. Тяжёлый крейсер «Тренто» (Италия, 1932 г.)
 
Строился фирмой ОТО в Ливорно. Стандартное водоизмещение—10 345 т, полное—13 335 т, максимальная длина — 196,96 м, ширина — 20,60 м, осадка — 6,80 м. Мощность четырёхвальной паротурбинной установки—150 000 л.с., скорость — 35,5 узла. Бронирование: борт — 70 мм, палуба — 50 — 20 мм, башни—100 мм, барбеты — 70 — 60 мм, боевая рубка—100 мм. Вооружение: восемь 203/50-мм орудий, шестнадцать 100/47-мм зенитных пушек, четыре 40-мм автомата и четыре 13,2-мм пулемёта, восемь 533-мм торпедных аппаратов, два гидросамолёта. Всего в 1928—1929 гг. построено две единицы: «Тренто» и «Триесте».
 
В 1937—1938 гг. на обоих вместо четырёх задних 100-мм орудий установлено восемь 37-мм автоматов и столько же 13,2-мм пулемётов. «Тренто» потоплен британской подводной лодкой в июне 1942 г., «Триесте» потоплен американской авиацией в Маддалене в апреле 1943 г., после войны поднят и продан Испании. Разобран на металл в 1956 — 1959 гг.
 
171. Тяжёлый крейсер «Пола» (Италия, 1932 г.)
 
Строился фирмой «ОТО» в Ливорно. Стандартное водоизмещение— 11 545 т, полное—14 135 т, максимальная длина—182,8 м, ширина — 20,62 м, осадка — 7,2 м. Мощность четырёхвальной паротурбинной установки — 95 000 л.с., скорость — 32 узла. Бронирование: борт 150—100 мм, палуба 70 — 20 мм, башни 150—120 мм, барбеты 150—120 мм, боевая рубка 150 мм. Вооружение: восемь 203/53-мм орудий, шестнадцать 100/47-мм зенитных пушек, четыре 40-мм автомата и восемь 13,2-мм пулемётов, три гидросамолёта. Вооружение на кораблях неоднократно изменялось. К 1944 г. «Гориция» несла 12 100-мм, 10 37-мм, 14 20-мм орудий и один гидросамолёт. В 1931 —1932 гг. построено четыре единицы: «Пола», «Зара», «Фиуме» и «Гориция». На «Гориции» в ходе войны добавлено ещё четыре 37-мм автомата, а 13,2-мм пулемёты заменены на четырнадцать 20-мм автоматов. «Пола», «Зара» и «Фиуме» потоплены 29 марта 1941 г. в бою у Матапана, «Гориция» — подводными диверсантами в июне 1944 г. в гавани Специи.
 
По-прежнему большое значение придавалось живучести механической установки. Котлы и турбины располагались в 12 изолированных отсеках, причем в своеобразном «шахматном» варианте (там, где по одному борту шли котлы, по другому монтировались турбины). Даже дальность для Средиземного моря выглядела вполне приличной, составляя примерно 5000 миль при 16-узловой скорости.
 
В целом, итальянские «броненосные крейсера», с точки зрения кораблестроения, представляли собой очень хорошие боевые машины. Но там, где со своей задачей справляются инженеры, часто добавляют свою ложку дёгтя адмиралы. Именно это и случилось с последним тяжёлым крейсером Италии. Седьмая единица вообще являлась «незаконной», поскольку не вписывалась ни в организацию флота, ни в его доктрину. Заказ буквально «выбила» для себя знаменитая фирма «Ансальдо», не желавшая сокращения занятости своих рабочих и, конечно же, уменьшения прибылей. Однако вместо вроде бы естественного желания построить пятый «броненос-ник» руководство флота сочло, что ему не хватает быстроходных крейсеров. Поэтому и было принято крайне спорное решение повторить «Тренто», но с некоторыми изменениями в расположении и числе котлов. Так родился «Больцано», который часто и отчасти справедливо называют третьим «Тренто». Главным направлением прогресса стало тщательное разделение на отсеки, особенно котельных отделений, которых стало пять. От «Полы» с товарищами «Больцано» унаследовал орудия (хотя защиту башен вновь низвели до прежнего уровня). Нашлось ему и идеологическое обоснование. Поскольку на «Полу» возлагалась почётная и ответственная обязанность флагмана всего флота, то тяжёлые крейсера образовывали две одинаковые трёхкорабельные дивизии: три оставшихся «броненосных» и два «Тренто» плюс «Больцано».
 
Хотя проектировщики и строители основательно поднаторели в экономии массы, уложиться в положенные десять тысяч тонн они опять не смогли. Нарушение, конечно же, вышло куда как более скромным, чем у предшественников, но всё же составило почти 900 тонн. Не помогло и применение «облегчённого» варианта корпуса с полубаком. Каким-то извинением может служить разве то, что «Больцано», как и «Полу», планировалось использовать в качестве флагманского корабля, в связи с чем он получил довольно внушительную переднюю надстройку. Впрочем, в остальном третий «скороход» оказался вполне удачным и действительно скоростным: он и на службе развивал 33 — 34 узла.
 
Возникает вопрос: почему столь неплохие, если не сказать больше, корабли, как итальянские тяжёлые крейсера, столь негативно проявили себя на войне? Причин тому много; пожалуй, главная, субъективная, заключается в неудачном управлении и использовании флота в целом. Однако есть как минимум один объективный фактор, несомненно, внёсший в неудачи свой значительный вклад. Речь идёт об артиллерии. Причём изначально итальянцы как раз собирались поразить весь мир своими успехами в этой области. Их восьмидюймовки имели выдающиеся баллистические характеристики: 125-килограммовый бронебойный снаряд имел начальную скорость 905 м/с, а 111-килограммовый фугасный разгонялся до 940 м/с. Однако богатырские характеристики оставались таковыми только на бумаге. Износ ствола до предела форсированного орудия оказался настолько большим, что его приходилось учитывать даже в процессе одной и той же стрельбы, а общая живучесть ствола не позволяла прицельно отстрелять даже весь боезапас, разве что в «белый свет», как в копеечку.
 
Пришлось постепенно избавляться от столь опасного «совершенства». Начальную скорость снизили до 840 м/сек, а затем приняли и более лёгкий 118-килограммовый снаряд, в результате чего итальянская суперпушка скромно встала в один ряд с непретенциозными британскими и американскими. Однако оставались и другие неприятности, снижавшие точность стрельбы. Так, на больших скоростях длинные корпуса очень вибрировали. Но ещё сильнее тряслись треногие мачты с постами управления огнём. Итальянцы в отчаянии добавили им на «Тренто» и «Триесте» ещё по паре «ног», а на последующих единицах укоротили конструкцию в целом, но до конца проблемы с вибрацией решить так и не удалось. Однако, пожалуй, главной неприятностью являлось малое — менее метра расстояние между стволами. Что поделаешь, за хорошую защиту башен приходилось расплачиваться, но в данном случае цена оказалась слишком высокой: первые снаряды «вспахивали воздушные борозды на траектории», на «ухабах» которых «спотыкались» последующие. Для своих «броненосных» тяжёлых крейсеров (и «Больцано») итальянцы разработали новое орудие с увеличенной до 53 калибров длиной ствола, однако ухитрились аккуратно наступить всё на те же грабли: слишком высокая начальная скорость, большой износ, уплотнённое расположение в башне.
 
Дополняли весь этот дурно пахнущий букет мелких с виду, но серьёзных по последствиям технических дефектов боеприпасы. При их изготовлении допускались слишком большие отклонения от номинала массы снаряда и заряда, в результате чего на больших дистанциях залп рассеивался на километр или даже более. Отчаявшиеся артиллеристы пытались хоть как-то бороться с таким безобразием, подбирая более или менее одинаковые боеприпасы непосредственно в корабельных погребах.
 
Поэтому вовсе неудивительно, что эти образцы хорошего судостроения стреляли очень плохо. За всю войну итальянские тяжёлые крейсера сумели попасть достоверно всего тремя снарядами — менее чем полснаряда на корабль! И это при том, что выпущено было их около двух тысяч: и «скороходы», и «броненосники» принимали активное участие в большинстве серьёзных боёв.
 
Основными их противниками, и более чем серьёзными, стали англичане. В сражении у Пунта-Стило итальянские тяжёлые крейсера попытались сыграть роль быстроходного авангарда, тем более, что противостояли им британские лёгкие единицы, да ещё в соотношении пять против шести. Однако даже столь благоприятное стечение обстоятельств ничего хорошего итальянцам не принесло. Сначала «Больцано» получил серьёзные повреждения всего от трёх 152-мм снарядов, а затем их обстреляли британские линкоры и атаковали самолёты-торпедоносцы с авианосца «Игл». Завершилось дело тем, что «Фиуме» и «Больцано» попытались «обслужить» собственные бомбардировщики, сбросившие на них не менее двух сотен бомб! К счастью, и враги и свои промахнулись.
 
В бою у мыса Теулада итальянские тяжёлые крейсера ждал их звёздный час: они наконец-то попали в противника! Их британский «вашингтонский коллега» «Бервик» получил два попадания, не причинившие, впрочем, серьёзных повреждений.
 
А вот следующее большое сражение стало настоящей трагедией. В бою у мыса Матапан британский торпедоносец с авианосца «Формидебл» угостил «Полу» своей «рыбкой» в максимально уязвимое место — переборку между обоими машинными отсеками. Естественно, крейсер потерял ход. Для прикрытия «подранка» командующий флотом адмирал Якино оставил всю дивизию. Вся она и полегла, когда ночью британские линкоры, пользуясь радиолокаторами, сблизились с ничего не подозревавшими итальянцами менее чем на две мили и расстреляли их вместе с почти двумя тысячами моряков 381-мм «чемоданами». Понятно, что хорошая для своего класса защита здесь ничем помочь не могла. По странной иронии судьбы, на дно пошли как раз те крейсера, которые носили имена городов, вновь потерянных Италией после Второй мировой войны, — «Пола», «Зара» и «Фиуме». «Гориция» вместе с «Тренто», «Триесте» и «Больцано» вошла в состав единственной оставшейся дивизии тяжёлых крейсеров, продолжившей довольно безрадостную карьеру, в ходе которой от и так немногочисленного отряда всё время «отщипывался» авиацией или подводными лодками то один, то другой корабль. От торпеды британской субмарины погиб «Тренто», а его собрата надолго оправила в аут другая лодка.
 
«Больцано» сумел пережить менее удачливых коллег, как ни странно, именно благодаря тем же английским подводным лодкам. Они дважды повреждали его торпедами; второе попадание, в августе 1942 года окончательно отправило «Бельцано» в «отстой» — на длительный ремонт. Итальянцы поначалу захотели переоборудовать его в «полуавианосец», но работы на базе в Специи так и не начались. Там он был захвачен немцами и нашёл свой конец почти два года спустя от рук британских подводных диверсантов недалеко от «Гориции», ранее сильно повреждённой американскими тяжёлыми бомбардировщиками, которую постигла такая же участь.
 
Всех пережил, как это ни странно, «Триесте», потопленный «либерейтерами» в апреле 1943 года. После войны неплохо сохранившимся благодаря разлившемуся мазуту крейсером заинтересовалась Испания. Франко хотел заиметь в составе своего флота авианосец, но союзники как-то не рвались снабжать последний фашистский режим кораблями главного теперь класса. Да и средств не хватало. Возникла идея «купить что-нибудь дешёвенькое и переоборудовать». Кандидатом стал «Триест». Его подняли, продали якобы «на лом» и отбуксировали к новому владельцу. Испанцы довольно долго ходили вокруг новой игрушки, но, в конце концов, здравый смысл восторжествовал: стоимость переоборудования едва ли не превышала цену нового авианосца. После нескольких лет бесполезного стояния последний итальянский тяжёлый крейсер разобрали-таки на металл.




Рекомендуем почитать
  • КРЕЙСЕРА ВЫХОДЯТ В ОКЕАН

    КРЕЙСЕРА ВЫХОДЯТ В ОКЕАНКрымская война наглядно продемонстрировала решающее превосходство паровых кораблей над парусными. Однако и в тактическом, и в стратегическом плане роль флота не изменилась. Адмиралы по-прежнему считали, что борьбу на море можно выиграть только в результате генерального сражения противоборствующих эскадр. Понадобилась еще одна война, на этот раз гражданская, чтобы понять, насколько может изменить ситуацию идея крейсерской войны на океанских торговых путях.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ VK FB


Нашли ошибку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter.