Морская коллекция

МАЛЫЕ ОРИГИНАЛЫ

27.01.2014

МАЛЫЕ ОРИГИНАЛЫПосле Первой мировой войны, помимо кораблестроительного гиганта — Британии и крупных европейских игроков в лице Франции, Италии, Германии и СССР, в тихих уголках Европы всё ещё оставались малые страны, упорно пытавшиеся развивать национальное военное судостроение по собственным проектам. Правда, иногда приходилось прибегать к помощи «старших товарищей». В итоге рождались весьма оригинальные корабли. И далеко не в последнюю очередь ими оказывались именно крейсера.

Такой «великой кораблестроительной державой третьего разряда» являлась Голландия, и отнюдь не из-за прихоти. Королевство с населением, сравнимым с числом жителей в Большом Лондоне, в начале XX века обладало значительной по площади и населению колониальной империей, основу которой, конечно же, составляла Ост-Индия — нынешняя Индонезия. Огромный «архипелаг тысячи островов» с чисто морскими границами просто взывал о флоте для его защиты. Между тем, к началу Первой мировой войны ВМС Нидерландов состояли из коллекции более чем изрядно устаревших кораблей, не всегда пригодных даже для рутинной службы, не говоря уже о выполнении серьёзных боевых задач. Большую часть его составляли броненосцы береговой обороны и канонерские лодки — корабли, полезные в мирное время для устрашения «непокорных дикарей», но неспособные противостоять современным быстроходным единицам. Крейсера же были представлены исключительно тихоходными «стариками». Понятно, что в таких условиях необходимый опыт постройки у голландцев практически полностью отсутствовал. Поэтому сразу после того как в 1915 году парламент принял программу, включавшую пару больших крейсеров («Ява» и «Суматра») для защиты колоний, голландцам пришлось для начала обратиться «за советом» к своему могущественному соседу, Германии. Несмотря на военное время, немцы нашли ресурсы для конструкторской помощи, тем более, что с их собственных верфей сходило всё меньше крупных кораблей, а голландцы расплачивались полновесной монетой.

 

Знаменитая крупповская верфь «Германия» предложила интересный проект, представлявший собой увеличенный стандартный кайзеровский крейсер типа «Карлсруэ», причём настолько, чтобы он мог нести 150-мм орудия. Первоначальный вариант сохранял традиционный «германский» облик с четырьмя трубами и бортовым расположением артиллерии, но, по требованиям заказчика, его солидно переработали так, что в конце концов корабль ещё в чертеже полностью изменил внеший вид. Теперь он имел длинный полубак, две дымовые трубы и характерную «этажерку с мостиками» в качестве передней надстройки. В итоге «малые голландцы» получили довольно грозный вид: издали они несколько напоминали такие линейные гиганты, как «Гёбен» или «Мольтке». С другой стороны, на большой дистанции их можно было бы спутать и с британскими «елизаветинцами», пусть и не столь сокрушительными, как линейные крейсера, но ещё более опасными для любого «одноклассника». Конечно, к такому сходству конструкторы специально не стремились, но оно в какой-нибудь сложный момент жизни могло оказаться далеко не лишним.

 
За внешними различиями с прототипом таились не менее существенные внутренние. Голландский проект выгодно отличался от своих немецких предшественников и более высокой скоростью (30 узлов), и несколько усиленным бронированием, по германской традиции включавшим пояс и палубу с усиливающими его скосами. Более удачно расположили артиллерию: из десяти 150-мм орудий на борт могли стрелять семь, а в нос и корму — теоретически четыре, а практически, скорее, только три. При этом все пушки прикрывались солидными щитами, толщина лобового листа которых достигала 100 мм. Вообще с защитой конструкторы постарались: в соответствии с принятой в кайзеровском флоте для линейных кораблей схемой бронировались даже дымоходы, что на крейсерах наблюдалось крайне редко. Германским традициям соответствовала и трёхвальная силовая установка, тем более, что котлы и турбины успели поставить немцы до крушения империи Вильгельма II. А вот в качестве поставщика артиллерии голландцы благоразумно выбрали не воюющую Германию, а нейтральную Швецию, так что поражение главного «советчика» в войне никак не повлияло на процесс вооружения их кораблей. Тем не менее, ввиду отсутствия необходимого опыта и задержек с поставками, постройка «Явы» и «Суматры» на отечественных верфях во Флиссингене и Амстердаме заняла девять и десять лет соответственно. А третий крейсер, «Целебес», который предполагалось сделать флагманом ост-индского флота (вследствие чего он должен был быть длиннее на 3 м и на 150 т тяжелее), о постройке которого уже договорились с правительством, верфь в Роттердаме просто не осилила. Заказ несколько раз откладывали, пока в 1919 году не отменили полностью в связи с моральным устареванием проекта.
 
Действительно, к моменту ввода в строй в 1925 году, «Ява» и «Суматра» уже не вполне заслуживали гордого звания современных крейсеров, особенно с учётом их «щитовой» артиллерии и уже достаточно скромной к тому времени скорости. Тем не менее, о них вполне можно сказать то же самое, что и о испанском типе «Альмиранте Сервера»: в бою они могли бы иметь дело на равных с первым поколением лёгких крейсеров нового типа, обладая вполне приличной защитой для средних дистанций. Тем более, что хозяева пытались улучшить их характеристики, осовременивая по возможности «своё всё». Так, вскоре после вступления в строй «Ява» и «Суматра» получили по паре небольших гидросамолётов. Места для катапульты, конечно, не нашлось, и гидроавиацию спускали и поднимали при помощи двух мощных кранов. В середине 1930-х годов парочка прошла вторую модернизацию, в ходе проведённых модернизаций получила современную систему управления огнём отечественной разработки и отличные 40-миллиметровые бофорсовские автоматы вместо устаревших 75-мм зениток. В конце того же десятилетия рассматривались планы о замене палубных установок на четыре башни, расположенные по современной линейно-возвышенной схеме. Зенитное вооружение увеличивалось бы до двух десятков 40-мм автоматов лучшей марки, с хорошим управлением, что сделало бы «голландцев» одними из наиболее сильных в этом отношении крейсеров. Но в конце концов от любопытной перестройки отказались, сочтя, что прослужившие полтора десятка лет корабли предпочтительнее не модернизировать, а заменить на принципиально новые единицы.
 
Между тем, до конца 1930-х годов крейсерский флот Нидерландов усилился лишь незначительно, только на один корабль. Первоначально «одиночник» «Де Рейтер» рассматривался в качестве экспериментального, который дал бы ответ на мучивший всех вопрос: способна ли, наконец, Голландия строить современный флот без помощи тех же немцев. И выглядел в начальном проекте он очень скромно: меньше, чем его «островные» коллеги германского происхождения, с вооружением всего из шести 150-мм орудий, хотя со стандартной для времени скоростью 32 узла и приличным для «малыша» бронированием. В течение двух лет в морских кругах страны шли громкие дебаты о том, не означает ли появление такого корабля, уступающего по силе огня практически любому противнику своего класса, изначальную капитуляцию Голландии. Конструкторы ответили, что ценой некоторого роста водоизмещения (и, конечно, стоимости) можно будет установить либо восемь 6-дюймовок, либо же шесть 8-дюймовок. Однако в итоге пришлось ограничиться небольшим увеличением длины, за счёт чего удалось компромиссно втиснуть седьмое орудие. Стоит заметить, что цена «Де Рейтера» всё-таки возросла более чем на 10%. К тому же на верфи фирмы «Фейенорд» удлинённый корпус не вписывался в имеющийся стапель, и его заложили в сухом доке. Тем не менее, строитель с честью вышел из положения, и крейсер удалось ввести в строй ровно через три года. Срок отнюдь не рекордный, но очень и очень неплохой, по сравнению с предыдущим десятилетним «долгостроем».
 
И всё же, несмотря на все стремления к полной самостоятельности, в проекте вновь наблюдалось влияние восточного соседа — Германии. Новый крейсер внешне приобрёл определенные черты последнего достижения Рейха — карманных линкоров, такие, как очень длинный полубак и характерную башеннообразную переднюю надстройку. «Немецкий след» обнаруживался и в других деталях конструкции, например, в бронировании, заимствованном у германских лёгких крейсеров типа «К», хотя и несколько усиленном. Кстати, «Рейтер» оказался прилично защищённым: вес его брони достиг 1100 т — почти 20% от стандартного водоизмещения, прекрасное значение для лёгкого крейсера. Вообще голландцы ухитрились применить при постройке все современные технологические достижения, такие как включение брони в качестве элемента прочности корпуса, электросварка и использование лёгких сплавов для внутренних лёгких перегородок и надстроек. Примечательно выглядела и артиллерия.
 
150-миллиметровки, доработанные голландцами на основе всё тех же бофорсовских пушек, являлись сильным и надёжным оружием. Несколько портило дело только их расположение, точнее, пресловутое «премиальное» седьмое орудие, оставшееся в одиночной установке (остальные размещались в башнях со 100-мм защитой). Ещё более оригинально выглядели зенитки. Ввиду отсутствия резерва веса и места голландцы отказались от традиционного для крейсеров всех стран среднего калибра. Вместо этого «Рейтер» получил пять двухствольных автоматов «Бофорс» в стабилизированных в трёх плоскостях установках «Хаземейер», каждая из которых снабжалась собственной системой управления огнём с довольно продвинутым вычислительным устройством! Установка далеко опередила своё время и произвела сильнейшее впечатление на англичан, для которых первый подробный осмотр «голландца» стал настоящим шоком. Деятелям Адмиралтейства стало ясно, что их изрядно устаревшие «пукалки» — 40-мм «пом-помы» — не более чем копье дикаря по сравнению с винтовкой с оптическим прицелом. Голландцам удалось снабдить крейсер и авиацией, на сей раз даже с катапультой, хотя места для ангара на два гидросамолёта, конечно же, не нашлось.
 
МАЛЫЕ ОРИГИНАЛЫ
 
205. Лёгкий крейсер «Де Рейтер» (Голландия, 1936 г.)
 
Строился фирмой «Вильтон-Фейенорд». Стандартное водоизмещение — 6000 т, полное — 7550 т, максимальная длина — 170,8 м, ширина — 15,7 м, осадка — 5,1 м. Мощность двухвальной паротурбинной установки 66 000 л.с., скорость 32 узла. Бронирование: борт 50 — 30 мм, башни 100 — 30 мм, палуба 30 мм, рубка 30 мм. Вооружение: семь 152/50-мм орудий, десять 40-мм зенитных автоматов, восемь 12,7-мм пулемётов, 2 гидросамолёта и 1 катапульта. Потоплен торпедами в феврале 1942 г. в Яванском море.
 
206. Лёгкий крейсер «Ява» (Голландия, 1925 г.)
 
Строился фирмой «Де Шельде» во Флиссингене. Стандартное водоизмещение — 6670 т, полное — 8200 т, максимальная длина — 155,3 м, ширина — 16 м, осадка — 5,5 м. Мощность трёхвальной паротурбинной установки 65 000 л.с., скорость 30 узлов. Бронирование: борт 75 — 50 мм, траверсы 60 мм, палуба 25 мм (50 мм на скосах), рубка 100 мм. Вооружение: десять 150/50-мм орудий, четыре 40-мм зенитных автомата, четыре 12,7-мм пулемёта, 2 гидросамолёта, 12 мин. В 1925 — 1926 гг. построено 2 единицы: «Ява» и «Суматра». «Ява» потоплена торпедами в феврале 1942 г. в Яванском море. «Суматра» использована в качестве части брекватера в Нормандии в июне 1944 г.
 
207. Лёгкий крейсер «Готланд» (Швеция, 1934 г.)
 
Строился фирмой «Линдхолмен-Гётаверкен». Стандартное водоизмещение — 4700 т, полное — 5550 т, максимальная длина — 134,81 м, ширина — 15,4 м, осадка — 5,5 м. Мощность двухвальной паротурбинной установки 33 000 л.с., скорость 27,5 узла. Бронирование: борт — 15 — 25 мм, палуба 25 мм, башни — 19 — 25 мм. Вооружение: шесть 152/55-мм орудий, четыре 75/60-мм зенитные пушки, четыре 25-мм автомата, два трёхорудийных 533-мм торпедных аппарата, 8 гидросамолётов, до 100 мин. В 1943 — 1944 гг. модернизирован с усилением зенитной артиллерии до восьми 40-мм и четырёх 20-мм. Исключён из списков флота в 1960 г.г сдан на слом в 1963 г.
 
Удачный небольшой корабль заслуженно стал флагманом ост-индского флота и в этом качестве встретил нападение Японии. Его ранг ещё более повысился, когда под угрозой вторжения на «Де Рейтере» поднял свой флаг адмирал Карел Доорман — командующий объединёнными силами АВDА: США, Британии, Нидерландов и Австралии. Однако высокий статус командования плохо подкреплялся материально: треть крейсерских сил состояли как раз из голландских «Рейтера» и «Явы». И оба крейсера пали один за другим в битве в Яванском море, поражённые 203-мм снарядами и мощными 610-мм торпедами, унеся с собой свыше 850 человек, включая командующего. Больше повезло «Суматре», которая в момент нападения Германии находилась на ремонте в метрополии. Крейсер успел уйти в Англию, где исполнил почётную роль, отвезя членов голландской королевской семьи подальше от немецких бомб и возможных десантов — в Канаду. Так и не отремонтированный корабль затем направился в Ост-Индию, но его «разобранное» состояние поспособствовало спасению, поскольку «Суматру» так и не включили в состав флота ABDA, и он после долгого путешествия вновь вернулся в Англию. Там в 1944 году не нужного теперь никому «старика» разоружили, а корпус использовали в качестве элемента искусственной гавани «Гузберри» при высадке в Нормандии — вполне почётный конец для чужестранного скитальца.
 
Но вернёмся к довоенным временам. Вдохновлённые удачей проекта «Де Рейтера», голландцы в 1938 году утвердили постройку на его основе двух более крупных единиц. На сей раз «Де Зевен Провинсиен» и «Кийкдуин» (последний переименовали в 1939 году при закладке в «Эйнтрахт») должны были иметь четыре полноценные двухорудийные башни. Заметно улучшалось и бронирование борта: до 100 мм в средней части и до 75 мм ближе к оконечностям. Уже перед самым началом постройки нижние двухорудийные башни решили заменить на трёхорудийные. Вообще улучшение характеристик проходило параллельно с проектированием. Так, первоначально планировалось вооружить крейсера теми же 150-мм/50 орудиями, что и у предшественников (благо полтора десятка лет эксплуатации подтверждали их высокое качество) Однако и здесь решили усилиться, заказав тому же «Бофорсу» новые пушки с более длинным стволом на универсальных установках, способных вести огонь по самолётам. Учитывая высокое качество вооружения и оборудования, можно было ожидать, что новые крейсера станут одними из лучших в классе «умеренных» по водоизмещению (оно планировалось на уровне 8300 — 8400 т). Однако германское вторжение помешало работам, застывшим на начальной стадии, далёкой от спуска на воду. Тем не менее, головной «Де Зевен Провинсиен» сошёл на воду за несколько дней до окончания 1944 года. Спустили его немцы, но не для того, чтобы воевать: захватчики хотели затопить корпус на фарватере, ведущем к Роттердаму, чтобы затруднить использование порта союзниками. Однако план осуществить не удалось, и после войны оба корпуса вновь поступили в распоряжение голландского правительства. В конце концов крейсера всё-таки достроили по новому проекту, но эти события относятся к совершенно другой истории — послевоенной.
 
Неизменные поставщики артиллерии для голландского флота — шведы — тоже пошли своим собственным путём, ещё более оригинальным. Главная страна Скандинавии имела протяжённую береговую линию и набор очень внушительных и весьма опасных соседей. Понятно, что серьёзно противостоять германскому или советскому флоту её броненосцы береговой обороны не смогли бы, но тем большее значение приобретала хорошая тактическая разведка на море, чтобы в случае неприятности эти тихоходные корабли хотя бы могли вовремя отойти под защиту береговых батарей, а при благоприятном раскладе — и нанести неожиданный удар. Наличие авиации непосредственно «на поле боя» представлялось наилучшим вариантом. Для начала шведы перестроили в гидроавиатранспорт старый ББО «Дристигхетен», но вскоре поняли, что в качестве разведчика требуется более быстроходный и современный корабль. Однако в составе флота не имелось ни одного крейсера, кроме тихоходной и устаревшей «Фюльгии». Стеснённая в средствах страна захотела решить вопрос с разведкой, как говорится, одним ударом. Поэтому на чертёжных досках шведских инженеров в 1926 году появился невиданный ранее гибрид. При водоизмещении всего в 4500 т он имел шесть 6-дюймовок в щитовых установках в передней части и 12 гидросамолётов в кормовой. Хранить их предполагалось в здоровенном ангаре, придававшем кораблю вид «жилой», но не слишком боевой.
 
Но дело, конечно же, заключалось не в виде. Такой корабль не годился для боя на отходе с любым противником, даже с эсминцами, поскольку громоздкий ангар «маскировал» и так скромные углы обстрела орудий. В итоге «Готланд», как назвали новый корабль, не мог ни сопротивляться артиллерией, ни уйти от преследования, имея весьма скромную скорость в 27 узлов.
 
Гибрид перепроектировали, заметно улучшив его крейсерские качества. Хотя число орудий не изменилось, но они размещались теперь в двухорудийных башнях, две из которых могли стрелять по носу, а третья — в корму. Правда, последнее выполнялось только в том случае, если площадка перед её стволами полностью очищалась от гидросамолётов, число которых уменьшилось до восьми. Но всё равно, выпустить восемь самолётов с единственной катапульты или откатить их на тележках в среднюю часть корпуса непосредственно перед боем едва ли представлялось возможным. Оставалось в экстренном случае сбрасывать «лишнюю» авиацию за борт. В общем, как несложно ожидать, попытки «вытащить нос» при ограниченном пространстве привели к «увязанию хвоста». Погреба этой самой задней башни (её как-то не хочется называть кормовой, поскольку располагалась она практически в середине корпуса) пришлось втискивать между задними котельным и турбинным отделениями. В итоге крейсер напоминал артиста на одной ходуле: один из его валов был значительно длиннее второго. Сложности компоновки сопровождались финансовыми затруднениями, приведшими к отказу от одной из башен, которую вновь низвели до пары палубных установок, лишь бы сэкономить сотню тысяч крон. Проблемы со средствами сказались и на втором главном вооружении — гидроавиации. Хотя в качестве разведчика выбрали отнюдь не слишком дорогой британский «Оспрей», денег хватило только на четыре штуки. Предполагалось впоследствии произвести остальные (и запасные) аэропланы по лицензии, но фактически удалось довести «боекомплект» только до шести самолётов. Но всё же крейсер стал уникальным по универсальности: помимо шестидюймовой и зенитной артиллерии, он имел ещё пару трёхтрубных торпедных аппаратов и мог нести до сотни мин!
 
Конечно, столь щедрое сочетание различных образчиков вооружения на корабле водоизмещением менее 5000 т оставляло мало места для защиты. В сущности, броня прикрывала только от осколков: 25-мм толщину имели и борт, и палуба, и башни. Тем не менее, и в ходе постройки, и после ввода в строй небольшой «универсал» привлёк пристальное внимание самых важных кораблестроительных «игроков». Но, на счастье шведов, проверять его боевые качества реально не пришлось. На маневрах «Готланд» успешно обнаруживал «условного противника» своими самолётами и отбивал атаки лёгких сил артиллерией, но фактически самый важный в его карьере контакт произошёл без участия гидроавиации на дистанции прямой видимости. Шведский крейсер обнаружил выходящий в атлантический рейд «Бисмарк» и донёс об этом своему командованию, откуда важнейшая информация благополучно «утекла» к англичанам. Его же собственные самолёты между тем стремительно и безнадёжно устаревали. Предстояло либо выбрать новую авиацию, либо... отказаться от неё вообще. В качестве кандидата вполне подходил немецкий Не-114 — универсальный самолёт, крепкий и сильно вооружённый, пригодный при необходимости даже в качестве истребителя. Однако для его базирования требовалось полностью заменить и катапульту, и подъёмные краны, и тележки для перемещения самолётов. В итоге после долгих размышлений (понятно, в условиях традиционного безденежья) в 1943 году решили просто убрать ненужные «оспреи». Их место заняли куда более актуальные зенитные автоматы — четыре спаренных «бофорса» и две спарки «эрликонов». Так «Готланд» стал своеобразным крейсером ПВО, как говорится, за неимением другого. И после завершения мировой войны шведы не спешили отправить свой «универсал» на слом, пытаясь найти ему ещё какое-нибудь применение. В 1955 году он прошёл своё последнее и весьма существенное переоборудование — в корабль управления истребительной авиацией. Однако новая служба не заладилась, и уже через год отслуживший «законный» 20-летний срок крейсер отправился в резерв. Пробыв на приколе ещё четыре года, он окончательно выбыл из состава флота, но отправился на слом только по истечении ещё трех лет. Сложно однозначно определить, стал ли «Готланд» провалом или же успехом, но свой уникальный след в истории кораблестроения он, несомненно, оставил. Хотя гибридный крейсер-авианосец проектировали разные великие державы, реально осуществить эту противоречивую задумку удалось только поставщику орудий для голландских единиц — маленькой, но своеобычной Швеции.




Рекомендуем почитать
  • ПРЕУМНОЖАЯ СЛАВУ ОТЕЧЕСТВА...
    ПРЕУМНОЖАЯ СЛАВУ ОТЕЧЕСТВА...Зимой 1725 года над Санкт-Петербургом дули промозглые, холодные ветры. Они поднимали снежные смерчи на пустырях, проносились над замёрзшими топями болот, ломились в двери и окна стоявших шпалерами домов. Редкие пешеходы, случаем или необходимостью выгнанные на улицу, старались побыстрее добежать до тёпла, на ходу пряча в воротники носы и уши. Город жил тревожным ожиданием.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ VK FB


Нашли ошибку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter.