Морская коллекция

СТАРТ ОТ ДУЧЕ

03.02.2016

СТАРТ ОТ ДУЧЕМы оставили итальянский флот во время «Великой войны». В отличие от Франции, Италия не столь сильно испытывала её невзгоды; по сути, единственный реально доступный противник, Австро-Венгрия, «обрабатывался» не только её флотом. Союзники выделили для этого более чем достаточные силы. Так что, итальянцам оставалось главным образом не допускать возможных выпадов австрийцев против своих берегов. И продолжать развитие всех морских вооружений, в том числе, конечно, и столь «модных» подводных сил.

 

Постройка субмарин достаточно активно продолжалась в годы войны, причём как в варианте развития существующих разновидностей, так и создания принципиально новых типов. По первому варианту свои «упражнения на тему» продолжил, в частности, Курио Бернардис. В проект достаточно успешных «Наутилуса» и «Нереиде» были внесены дополнительные изменения. В частности, предусматривалась установка 76-мм зенитки, а рубку предполагалось изготовить из маломагнитной стали, для лучшей работы компаса. В остальном же, прежде всего в формах корпуса, новый тип «N» практически полностью повторял «Нереиде». Для Италии начиналась война, и правительство расщедрилось сразу на шесть единиц, заказ на четыре из которых достался маститой фирме «Ансальдо», а ещё две - «Този», занимавшейся в основном двигателями. И, как ни странно, именно эта пара получилась наиболее удачной. К концу 1915 года итальянцы уже научились делать вполне пристойные дизели, и продукция того же «Този» оказалась и достаточно мощной, и весьма экономичной. В итоге «N-5» и «N-6» имели и большую скорость, и увеличенную дальность по сравнению со своими «сестричками» от «Ансальдо».
 
Впрочем, все они вошли в строй изрядно поздно, в 1918 году, а лодки от «Този» - уже после завершения войны. И все прожили не слишком долгую (до середины 1930-х годов), но весьма безмятежную жизнь. Ни особых происшествий, ни больших походов, ни, тем более, активных действий.
 
А вот тому же Бернардису довелось создать, точнее, воссоздать и более интересный тип субмарины. Вскоре после вступления войну Италии оскорблённые «предательством союзника» немцы направили в Средиземное море несколько подводных минных заградителей. Одним из них был «UC-12», как и другие перевезённый в разобранном виде в Полу и вновь собранный и спущенный на воду. В течение полугода лодка благополучно ставила мины, как и положено, «под себя», пока 6 марта 1916 года во время очередной постановки у входа в итальянскую базу в Таранто известная ущербность этого метода наконец сработала. Прогремел взрыв собственной мины и лодка мгновенно пошла ко дну.
 
Подводная лодка «N-1», Италия, 1918 г.
 
Подводная лодка «N-1», Италия, 1918 г.
 
Строилась на верфи фирмы «Ансальдо» в Сестри Поненте. Тип конструкции - двухкорпусный. Водоизмещение надводное/подводное - 275/365 т. Размеры: длина - 45,90 м, ширина - 4,28 м, осадка - 3,17 м. Глубина погружения - до 40 м. Силовая установка: два дизеля мощностью 650 л.с. и 2 электромотора мощностью 400 л.с. Скорость надводная/подводная - 12,5/7,7 уз. Вооружение: два 450-мм торпедных аппарата в носу (4 торпеды), одно 76-мм зенитное орудие. Экипаж - 23 человека. В 1916 - 1919 гг. построено шесть единиц: «N-1» - «N-6». Все исключены из списков в конце 1920-х - начале 1930-х гг.
 
Подводный заградитель «Х-2», Италия, 1918 г.
 
Подводный заградитель «Х-2», Италия, 1918 г.
 
Строилась на верфи фирмы «Ансальдо» в Сестри. Тип конструкции - двухкорпусный. Водоизмещение подводное/надводное - 410/470 т. Размеры: длина - 47,1 м, ширина - 5,1 м, осадка - 3,06 м.. Глубина погружения - до 55 м. Силовая установка: два дизеля мощностью 660 л.с. и 2 электромотора мощностью 640 л.с. Скорость надводная/подводная - 8,25/6,25 уз. Вооружение: шесть 450-мм торпедных аппаратов (по два - в носу и корме и два решетчатых - внешние, восемь торпед), одна 76-мм зенитная пушка, 18 мин. Вскоре после вступления в строй в начале 1920-х гг. установлено ещё два 450-мм торпедных аппарата. Экипаж - 25 человек. В 1918 г. построено две единицы: «Х-2» и «Х-3». Обе исключены из списков 10 октября 1946 г.
 
Это событие, произошедшее на расстоянии всего одной мили от побережья, не ускользнуло от итальянцев. Водолазы обследовали останки субмарины, и установили, что корпус лодки разорван взрывом на две части, затонувшие на глубине около 30 м. Последовало решение руководства флота - поднять лодку. Работы удалось провести на удивление быстро (учитывая очень сильные разрушения), всего за две недели. Поднятую субмарину тут же отбуксировали в арсенал Таранто, после чего Бернардис, ставший к тому времени уже полковником, получил трофей для изучения и восстановления.
 
Суета вокруг германской лодки весьма специфического назначения вполне понятна: неожиданный «подарок» оказался как нельзя кстати. Королевский флот не только не имел своих подводных минных заградителей, но не предполагал ни их постройку и даже не имел своих проектных разработок. Понятно, что за трофей тут же ухватились. «UC-12» быстренько восстановили, несмотря на то, что кормовая часть была буквально снесена взрывом, а объём работ оказался весьма значительным: на субмарине пришлось менять большую часть оборудования и капитально отремонтировать дизель, для которого не имелось запасных частей. Пришлось использовать отечественные; работы удалось завершить в том же 1916 году, и лодку спустили на воду - уже в третий раз в её недолгой жизни. Заградитель получил обозначение «Х-1». А в апреле 1917 года новая боевая единица «Реджиа Марина Итальяна» уже приступила к постановке минных заграждений, теперь уже у вражеского побережья Адриатики.
 
Между тем, ещё до полного «оживления» «UC-12» Бернардис приступил к выполнению второй части задания. Хорошенько изучив трофей, военный инженер разработал собственный и заметно улучшенный проект подводного минзага. Он сохранил германский принцип постановки мин, но увеличил размеры самой лодки вдвое, а число принимаемых «гостинцев» с шести до девяти. Уже в августе 1916 года проект был завершён и его тут же принялись воплощать в металле. Хотя чертежи итальянского конструктора по всем основным параметрам кардинально отличались от исходного немецкого, «UC-12», две заложенных в том же году на верфи «Ансальдо» в Генуе единицы решили как бы объединить с бывшей «немкой» в общий тип «X», дав им обозначения «Х-2» и «Х-3». Их удалось построить на удивление быстро для тогдашней Италии - заградители успели даже принять участие в войне, выставив несколько минных банок у австрийского побережья.
 
Впрочем, главной задачей стала окончательная отработка непривычного немецкого устройства постановки мин. И не только. После первых же выходов с море выяснилось, что обводы НОСОВОЙ оконечности неудачны. Обе лодки вернули на верфь и надстроили корпус по бортам. И снова неудача: дело только ухудшилось, теперь носовая оконечность набирала «нештатный» балласт, и лодки имели постоянный дифферент на нос в надводном положении, что окончательно губило мореходность. Субмарины вернули на верфь, где надстроенные спереди борта зашили сверху листами металла. Теперь «иксы» наконец-таки приобрели более или менее приличные мореходные качества.
 
После войны «прототип» - «Х-1» тут же отправили на слом, а вот изделия Бернардиса ухитрились дожить до следующей мировой войны. В начале 1920-х их изрядно перестроили, увеличив рубку по высоте по образцу трофейных германских подводных лодок, а также установив два торпедных аппарата. Впрочем, итальянцы прекрасно понимали, что их реальные боевые характеристики и возможности были весьма ограниченны и к тому времени никак не удовлетворяли требованиям. Поэтому в 1940 году их отправили отстаиваться к стенке, сняв всё вооружение и большую часть оборудования. В таком состоянии они пережили капитуляцию Италии, её переход на сторону союзников, окончание Второй мировой и только в конце 1946 года их исключили из списков сильно урезанного к тому времени итальянского флота, оказавшегося в числе побеждённых.
 
Отдельного внимания заслуживает ещё один любопытный подкласс «субмарин с Апеннин», который можно назвать даже национальным. Действительно, именно в Италии впервые попытались создать и, в конце концов, создали мало-мальски боеспособные миниатюрные подводные лодки. Хотя, как мы знаем, совсем небольшие субмарины строились в «детские» периоды развития подводного дела практически во всех ведущих странах, но их возможности оставались крайне сомнительными. Вспомним хотя бы германский «подарок» нашему флоту, субмарину «Форель».
 
Впрочем, и у итальянцев дело пошло далеко не сразу. Перед самым началом Первой мировой, в 1913 году на Королевском арсенале в Венеции были построены две подводные крохи на электрической тяге длиной всего в шесть метров. Эти «изделия», названные без излишней изобретательности «Альфа» и «Бета», стоит называть скорее «полуподводными», поскольку плавали они, держа свою мини-рубку над водой. Хотя электромотор позволял «по паспорту» развивать до восьми узлов, ёмкости аккумуляторов не хватало даже на час хода. Предназначались «полу-подлодки» для дозорной службы около собственной военно-морской базы, но никакой фактической пользы от них не намечалось. Отсюда рекордно малая продолжительность жизни: уже через пару лет их убрали со службы, которая, в сущности, так и не началась.
 
Малая подводная лодка «А-1», Италия, 1915 г.
 
Малая подводная лодка «А-1», Италия, 1915 г.
 
Строилась на госверфи в Специи. Тип конструкции - однокорпусный. Водоизмещение надводное/ подводное - 31/37 т. Размеры: длина - 13,50 м, ширина - 2,22 м, осадка - 2,27 м. Глубина погружения - до 50 м. Силовая установка: один электромотор мощностью 45 л.с. Скорость надводная/ подводная 6,75/5 уз. Вооружение - два 450-мм внешних торпедных аппарата открытого типа. Экипаж - четыре человека. В 1915 - 1916 гг. построено шесть единиц: «А-1» - «А-6». Все разоружены в январе 1918 г. и позже в том же году исключены из списков
 
Малая подводная лодка «В-1», Италия, 1916 г.
 
Малая подводная лодка «В-1», Италия, 1916 г.
 
Строилась на госверфи в Специи. Тип конструкции - однокорпусный. Водоизмещение надводное/ подводное 40/46 т. Размеры: длина - 15,12 м, ширина - 2,32 м, осадка - 2,56 м. Глубина погружения-до 50 м. Силовая установка: один бензиновый мотор мощностью 85 л.с. и один электромотор мощностью 50 л.с. Скорость надводная/подводная - 7/5 уз. Вооружение - два 450-мм торпедных аппарата в носу. Экипаж - пять человек. В 1916 г. построено три единицы: «В-1» - «В3». Исключены из списков в 1918 - 1919 гг.
 
Но упорство итальянцев заслуживает уважения: одновременно с отставкой «греческих буковок» в 1915 году на другом арсенале, в Специи, развернулась постройка следующей серии малых лодок, так же предназначенных для охраны своих баз. На сей раз - практической, поскольку Италия вступала в войну. Созданные по проекту флотского генерала (в апеннинском королевстве имелись и такие) Эдгардо Феррати мини-субмарины, вошедшие в строй в основном в 1916 году, как и предшественницы, имели только электромотор и аккумулятор, который предстояло заряжать исключительно у причала. Зато, по крайней мере, в отличие от предшественниц, они уже могли полностью погружаться. Конструкция выглядела до предела упрощённой: простой круглый в сечении корпус с балластными цистернами внутри, заострённые оконечности, цилиндрическая рубка с неубирающимся(!) перископом. Дёшево, но не особо практично.
 
Всего арсенал «настрогал» шесть таких единиц, получивших литеру «А» и соответствующий номер. Основной задачей им назначили оборону портов Адриатического побережья Италии, обращённого к главному противнику, Австро-Венгрии. Первоначально предполагалось использовать их для охраны баз в Бриндизи и Валлоне (в Албании). Однако практически сразу выяснилось, что их дальность (12 миль в надводном положении и в полтора раза меньше - под водой, причём в этом случае со скоростью всего в четыре узла) заметно меньше расстояния до назнаменных им районов патрулирования. Неудивительно: свинцовые аккумуляторы того времени имели слишком малую ёмкость. Полезность таких лодок в боевых условиях для охраны баз вызывала вполне обоснованные сомнения.
 
Пришлось подыскивать малышкам другое, более подходящее применение. В Специи осталась только головная «А-1», две лодки («А-2» и «А-4») перевезли по железной дороге в порт Бари (для этого даже построили специальный транспортер), а остальные три отправили в Венецию. «Венецианок» местное командование попыталось использовать более активно, отправив их на буксире эсминцев в район порта Градо для действий в заливе Пензано. Но операция в своей боевой фазе так и не состоялась и их отбуксировали в Анкону, где мини-субмарины благополучно простояли до января 1918 года, когда их исключили из состава флота - за явной невозможностью найти применение. В общем, службу «мини-А» вряд ли можно назвать полезной.
 
Едва ли не основная причина тому заключалась в малой дальности хода и возможности подзаряжать аккумулятор только в базе. Напрашивалось единственно возможное решение: добавить обычный «тепловой» двигатель. В качестве такового избрали бензомотор, что дало решающий результат: дальность в надводном положении сразу увеличилась в 10 раз, а при уменьшенном 5-узловом ходе она достигала 200 с лишним миль. А новый аккумулятор неожиданно позволил заметно подрасти и дальности подводной - она так же превысила таковую у типа «А», хотя и при совершенно «черепашьем» ходе в три узла. Ещё одним важным новшеством стало перемещение торпед в аппараты, расположенные внутри корпуса (на «А» они находились в открытых держателях). В остальном же вид и компоновка лодок нового типа «В» практически полностью повторяла своих предшественниц. Кстати, тут пригодилась и находившаяся в Специи «А-1», которую применяли для подготовки экипажей строившихся единиц «В». Изначально их предполагалось построить тоже шесть, но в итоге ограничились только половиной от этого числа. Причём постоянные аварии моторов привели к тому, что их установили только на первых двух. В начале 1917 года «В-1» и «В-2» перевезли из Специи в Бари, где они сменили «А-2» и «А-4», отправленные в «отставку». Обе довольно много плавали в прибрежных водах, но реального участия в боевых действиях не принимали. А их «сестричка» «В-3» оставалась в Венеции, в основном отстаиваясь у стенки. В июне 1918 года её разоружили. А сразу по окончании войны в резерв вывели и оставшуюся «активную» пару.
 
Вообще, 1920-е годы начались для Италии, как и для других европейских победителей, отнюдь не благоприятно. Все страны оказались изрядно разорёнными войной, и итальянское королевство отнюдь не стало исключением, что сказалось, в частности, и на развитии подводного флота. Завершив войну с солидным числом лодок - 56, «Реджиа Марина» начала с исключения наиболее старых и «больных», оставив в строю около 40 единиц. Постройка новых не велась вообще.
 
Хотя подводные лодки умеренного водоизмещения по-прежнему доминировали в итальянском Королевском флоте, имперские амбиции, только возросшие с приходом к власти Муссолини в 1922 году, диктовали свою волю. «Империя должна иметь океанский флот» любой ценой -вот главный лозунг в этой области, провозглашённый дуче. В том числе, речь шла, конечно же, и об океанских лодках. Этот подкласс получил обозначение «сомерильи ди гранде дислокаменто», «субмарины большого водоизмещения», хотя начиналось это «большое» всего с полутора тысяч тонн.
 
Впрочем, первая серия субмарин, относимых самими итальянцами к большим, никакого отношения к дуче и его «океанским планам» не имеет. Первенцами стали шесть единиц типа «Пьетро Микка», заложенные по три штуки в конце 1915 года и начале 1916-го. На самом деле, увеличенное до 830 т водоизмещение лодок говорит об их, всё ещё типично «морском», а не океанском предназначении. Так оно и было: в техническом задании, выданном коллективу инженеров королевского арсенала в Специи и курировавшему их работу капитану 1 ранга Кавалини, говорилось только о возможности более долгого пребывания в море, лучшей мореходности и скорости. И всё это - по-прежнему для условий родного Средиземного моря.
 
Тем не менее, при проектировании конструкторы внесли немало принципиальных новшеств по отношению к предшествующим «лаурентинкам». Они применили полностью двухкорпусную конструкцию с цилиндрическим внутренним корпусом и весьма «благородными» внешними формами, напоминающими скорее старые миноносцы.
 
Несмотря на вроде бы приличные характеристики, эти «большие» лодки после войны окончательно оказались в положении «между двумя стульями». С одной стороны, они уже явно не удовлетворяли требованиям, предъявляемыми амбициозными фашистами, активно занявшихся Королевским флотом, так как для океанских действий эти подлодки всё-таки не особо годились. С другой стороны, в качестве средних субмарин, являлись слишком крупными и дорогими в эксплуатации. Более предпочтительным представлялось построить новые, нежели «вытягивать» до нужного уровня «Пьетро Микка» и его «систершипы», ситуация, впоследствии неоднократно повторявшаяся и с более новыми типами. Подводные лодки после «Великой войны» стали уже «массовым товаром», который было проще выбросить, чем приводить в надлежащее состояние, уже и в Италии. Тем более, что формальные цифры данных скрывали серьёзные недостатки, например, плохую манёвренность. К тому же подводили и фиатовские дизели, ломавшиеся почти столь же часто, как и довоенная продукция главного итальянского автомобильного концерна. В результате ни одна из лодок этого типа, в отличие от более скромных представительниц поистине вечного «холландовского племени» или типа «14», не дожила до 2-й Мировой войны. А четыре из них покинули флот после всего 10-12 лет пребывания в его составе, так и не дотянув даже до 1930-х годов.
 
Потом в постройке подводного флота, как мы уже отмечали, наступил перерыв. Но, что бы не говорить о фашистах, создавать обширные и далеко идущие планы они умели. Причём не всегда безрассудные и опрометчивые. На первом этапе, относящемся к середине 1920-х годов, предполагалось только разработка прототипов субмарин разного размера и постройка их в небольших сериях. Затем должна была следовать доводка с дополнительным строительством небольших серий, аналогичных первым. Эти этапы рассчитывали завершить к началу 1930-х годов, после чего по возможности быстро наращивать производство, опираясь исключительно на свои силы, то есть, на отечественные верфи и материалы, не говоря уже о конструкторах.
 
По мнению же зарубежных специалистов, итальянцы шли в техническом отношении тем же путём, что и «сыны» Ямато: копирование отдельных иностранных образцов с постепенной адаптацией их к отечественным условиям производства. Отчасти это так и было: в качестве прототипов конструкторы использовали доставшиеся Италии германские субмарины, одновременно «подглядывая» за проектами тех же англичан. А мощность судостроительной промышленности просто не позволяла строить сразу много единиц, в особенности океанских «подводных хищников». Поэтому приходилось ограничиваться малыми сериями, от двух до четырёх единиц. Но такой недостаток имел в качестве оборотной стороны и свои преимущества, а именно, гибкость. В каждой последующей мини-серии удавалось внедрить те или иные усовершенствования, пусть местами вроде бы и незначительные, но улучшавшие как сами корабли, так и условия жизни и работы на них членов экипажа.
 
Подводная лодка «Пьетро Микка», Италия, 1917 г.
 
Подводная лодка «Пьетро Микка», Италия, 1917 г.
 
Строилась на госверфи в Специи. Тип конструкции - однокорпусный. Водоизмещение надводное/подводное - 842/1245 т. Размеры: длина - 63,2 м, ширина - 6,21 м, осадка - 4,26 м. Глубина погружения - до 50 м. Силовая установка: два дизеля мощностью 2600 л.с. и два электромотора мощностью 1300 л.с. Скорость хода надводная/подводная - 14,5/11 уз. Вооружение: шесть 450-мм торпедных аппаратов (четыре - в носу и два - в корме, 8 торпед), два 76-мм орудия. Экипаж - 40 человек. В 1917 - 1919 гг. построено шесть единиц: «Пьетро Микка», «Луиджи Гальвани», «Тор-ричели», «Анджело Эмо», «Лоренцо Марчелло» и «Лазарро Мочениго». Исключены из списков в 1930- 1938 гг.
 
Подводная лодка «Балилла», Италия, 1928 г.
 
Подводная лодка «Балилла», Италия, 1928 г.
 
Строилась на верфи фирмы «ОТО» в Муджиано. Тип конструкции - двухкорпусный. Водоизмещение подводное/надводное - 1430/1875 т. Размеры: длина - 86,5 м, ширина — 7,80 м, осадка - 4,72 м. Глубина погружения - до 120 м. Силовая установка: два дизеля мощностью 4900 л.с., один вспомогательный дизель мощностью 425 л.с. два электромотора мощностью 2200 л.с. Скорость хода надводная/подводная (по проекту) -17/9 уз, реальная 16/7,5 уз. Вооружение: шесть 533-мм торпедных аппаратов (четыре - в носу и два - в корме, 16 торпед), одно 120-мм орудие, два 13,2-мм пулемёта, четыре мины. Экипаж - 77 человек. В 1928 - 1929 годах построено четыре единицы: «Балилла», «Доменико Милелире», «Антонио Скьеза» и «Энрико Тоти». «Скьеза» повреждена авиацией и выбросилась на берег в начале сентября 1942 г., позднее взорвана экипажем. Остальные три исключены из списков флота: «Тоти» в апреле 1943 г., две другие - двумя годами ранее
 
Да и сами итальянские инженеры отнюдь не останавливались на слепом копировании. Напротив, их проекты иногда оказывались слишком «продвинутыми». В качестве примера могут служить первые «фашистские» большие субмарины типа «Балилла». Они изначально предназначались для «больших дел»: предполагалось, что базируясь в портах итальянских владений в Африке, в том числе, в Красном море, эти лодки смогут выбираться сквозь «форточку» проливов Баб-эль-Мандеб и Гибралтарского в открытый океан, Индийский или Атлантический соответственно. И наводить там «новый порядок» в судоходстве. Для чего требовалось очень большая дальность (всё же весьма сомнительное базирование такого рода не могло обеспечить все потребности) и приличная скорость в надводном положении, а так же большой запас торпед и достаточно мощное артиллерийское вооружение. Что конструкторы и попытались обеспечить.
 
Исходя из трофейной «немки» «U-120», они создали чертежи весьма прочной двухкорпусной лодки надводным водоизмещением чуть меньше полутора тысяч тонн, имевшей шесть торпедных аппаратов и 120-мм орудие (пусть и короткоствольное) и пару крупнокалиберных пулемётов. При этом для всего вооружения имелось изрядное количество боеприпасов: на каждый из четырёх носовых аппаратов приходилось по три комплекта торпед (один из них - в самих трубах и два запасных). Пара кормовых аппаратов обходилась только двумя торпедами, а для пушки в особом погребе хранилось аж 150 снарядов, плюс 6000 патронов к 13,2-мм пулемётам. Этим вооружение не исчерпывалось: субмарины могли так же ставить мины, хотя и совсем немного, всего по четыре штуки. Тем не менее, «на бумаге» «балиллы» выглядели весьма внушительно. Особенно если участь такую «фишку», как дополнительный дизель небольшой мощности (425 л.с.), который, тем не менее, позволял либо двигаться со скоростью до семи узлов, обеспечивая более чем приличную дальность в 13 000 миль, либо заряжать аккумуляторы. Мощные же дизель-моторы включались в дело при необходимости догнать торговое судно или уйти от недостаточно шустрого «охотника»: надводная скорость должна была достигать 17,5 узлов.
 
Однако, как это часто бывает, попытки наполнить литровую бутылку двумя литрами полезной жидкости приводят исключительно к разливанию оной. Перегруженная вооружением, первая большая субмарина «от дуче» оказалась недостаточно остойчивой. Да и заявленной высокой скорости достичь не удалось. А дополнительный дизель на последующих типах не устанавливался: с одной стороны, он оказался недостаточно надёжным в качестве двигателя для долгих «экономических» походов, а с другой, отнимал драгоценное пространство внутри прочного корпуса, которого, как обычно в подводных кораблях и так было в дефиците. Правда, чего-чего, а прочности самому корпусу хватало - удивительно для итальянских кораблей, которые часто упрекают в «слишком лёгкой постройке». «Балилла» и её сестрички имели штатную глубину погружения в 100 м - очень и очень прилично для 1920-х годов. Вспомним «океанских» англичан, которые на практике не рисковали погружаться столь глубоко. А вот любители рекордов с Апеннин рисковали: «Меллелире» на испытаниях без особых проблем и течей достигла 135-метровой глубины.
 
В войну первые океанские субмарины Италии в дальние «вояжи» так и не попали. Им пришлось действовать на Средиземном море, где длинные и несколько неуклюжие лодки оказались «не при деле». Первый год их использовали довольно активно, причём «Този» удалось потопить английскую субмарину «Рейнбоу», по интересному совпадению, также океанского типа, тоже «забредшую» на ограниченный театр военных действий. Но этот успех оказался единственным. И в 1941 году первую пару, «Балиллу» и «Милелире», поставили на прикол и исключили из состава флота, хотя потребность в подлодках на то время была достаточно острой. Другую же пару приспособили для вспомогательной службы: они перевозили важные грузы для отчаянно нуждавшихся в них войск Роммеля. Там «Скьеза» и сложила свою голову: атакованная американскими самолётами, лодка предпочла выброситься на берег у Тобрука. Двумя месяцами позже, при наступлении британских войск, её пришлось окончательно привести в негодность, чтобы этот «приз» (скажем прямо, весьма сомнительный) не попал в руки неприятеля. А ещё через полгода последняя единица, «Энрико Тоти», завершила историю типа, отправившись в отстой с последующей разделкой на металл.
 
Вернёмся, однако, к исходной точке, концу 1920-х годов. Спустя год после серии из четырёх «баллил» была заложена ещё одна большая субмарина, автором которой стал неувядаемый Бернардис. Тактико-технические данные по заданию были те же, но подход к их воплощению отличался весьма значительно. Во-первых, конструктор применил излюбленную им полуторакорпусную схему, что благоприятно сказалось на остойчивости. Во-вторых, состав и количество вооружения ещё более расширились. Торпедных аппаратов стало восемь, а то же 120-мм орудие дополняли теперь два спаренных 13,2-мм пулемёта. Но главным новшеством стала попытка внедрения собственной «подводной» гидроавиации, впервые в итальянском флоте. Ангар для небольшого самолёта расположился в изрядно «распухшей» рубке. Но, что любопытно, он всё время оставался пустым! Самолёта для базирования на лодке создать тогда так и не удалось, и год спустя после вступления лодки в строй, ангар демонтировали. Образовался некоторый резерв «верхнего» веса, который пустили на артиллерию. Калибр орудия оставался тем же 120-мм, но вместо «коротышки» установили довольно мощную для подводных лодок длинноствольную (длина ствола 45 калибров) пушку.
 
С вооружением теперь всё вроде бы уладилось, но вот с эксплуатационными характеристиками проблемы так и остались. «Этторе Фьерамоска» погружалась очень медленно даже для большой субмарины, а под водой, вела себя, как корова на льду, с трудом маневрируя и постоянно «проваливаясь» на глубину. Ходовые качества так же не блистали: заявленной надводной скорости в 19 узлов достичь не удалось, как, впрочем, и 9-узловой подводной, а дальность составляла менее половины таковой у «баллил». Как ни странно, всё это благоприятно сказалось на судьбе «хромоножки»: она благополучно прошла всю войну, реально поучаствовав в боевых действиях только в её начале. Потом произошла крупная авария: взрыв газов в аккумуляторных ямах, после чего несостоявшийся «подводный авианосец» встал на прикол. Так «Фьерамоска» спокойно пережила капитуляцию Италии, войну с бывшими союзниками и лишь по окончании Второй мировой, в 1946 году отправилась на слом.
 
Практически в то же время, когда появились первые «фашистские» океанские лодки, был создан и реализован и первый послевоенный проект средней субмарины. Разработанный Каваллини совместно с коллективом инженеров фирмы «Този», он также представлял собой развитие германских «стандартных» лодок. И тоже не без новшеств, заключавшихся, прежде всего, как и в случае «океанских» единиц, в повышенной прочности корпуса. И, соответственно, в большой глубине погружения: головная «Мамели» (а всего по данному проекту строилась четыре субмарины) сумела нырнуть на испытаниях почти на 120 м.
 
Правда, более скоромным по сравнению со «старшими подругами» выглядело вооружение. Хотя средний вариант так же имел шесть торпедных аппаратов, но вот запас имелся только для четырёх носовых. 120-мм орудие оказалось слишком тяжёлым - пришлось ограничиться 102-миллиметровкой. Но и это облегчение оказалось явно недостаточным. 800-тонная лодка так же вышла перегруженной и недостаточно остойчивой. В надводном положении в свежую погоду приходилось выбирать правильный курс по отношению к волне.
 
Это изрядно раздражало командиров, и вскоре после вступления в строй субмарины оборудовали дополнительными наделками-булями по бокам. Остойчивость действительно возросла, зато упала скорость, особенно надводная, которая стала меньше на два с лишним узла. Если говорить о дальности плавания, то она так и осталась очень скромной, всего 3500 миль при весьма умеренной скорости в восемь узлов. То же можно сказать и о дальности под водой: 65 миль при черепашьих четырёх узлах. Тем не менее, служба первых «середняков» протекала более активно, чем у первых океанских. Их регулярно использовали для боевой работы, заменив в 1942 году дизели на более мощные. Теперь моторы фирмы «Този» позволяли развивать требовавшиеся по изначальному проекту (и вполне достойные даже в середине 1940-х годов) 17 узлов. Впрочем, «обновкой» смогли обзавестись только три единицы: «Пьер Каппони» не дожил до модернизации, пущенный на дно торпедой с британской субмарины «Роркуэл». Остальные же выслужили свои 20 лет, отправившись на слом только в 1948 году.
 
Подводная лодка «Гоффредо Мамели», Италия, 1928 г.
 
Подводная лодка «Гоффредо Мамели», Италия, 1928 г.
 
Строилась на верфи фирмы «Този». Тип конструкции - однокорпусный. Водоизмещение надводное/ подводное - 810/995 т. Размеры: длина - 64,6 м, ширина - 6,51 м, осадка - 4,3 м. Глубина погружения - до 120 м. Силовая установка: два дизеля мощностью 3000 л.с. и два электромотора мощностью 1100 л.с. Скорость хода надводная/подводная (по проекту) - 17,25/7,75 уз, реально - 15/7,2 уз. Вооружение: шесть 450-мм торпедных аппаратов (четыре - в носу и два - в корме, 10 торпед), одно 102-мм орудие, два 13,2-мм пулемёта. Экипаж - 49 человек. В 1928 - 1929 гг. построено четыре единицы: «Гоффредо Мамели», «Пьер Каппони», «Джованни да Прочида» и «Тито Спери». «Кап-пони» потоплен в марте 1941-го, остальные модернизированы в 1942-м с установкой новых дизелей (скорость в надводном положении - 17 уз.), исключены из списков в 1948 году
 
Подводная лодка «Фрателли Бандьера», Италия, 1930 г.
 
Подводная лодка «Фрателли Бандьера», Италия, 1930 г.
 
Строилась на верфи фирмы Тип конструкции - двухкорпусный. Водоизмещение надводное/подводное - 940/1150 т. Размеры: длина - 69,8 м, ширина - 7,22 м, осадка - 5,18 м. Глубина погружения - до 100 м. Силовая установка: два дизеля мощностью 3000 л.с. и два электромотора мощностью 1300 л.с. Скорость хода надводная/подводная (по проекту) - 17,5/9 уз, реальная после установки булей -15/8 уз. Вооружение: восемь 533-мм торпедных аппаратов (четыре - в носу и четыре - в корме, 12 торпед), одно 102-мм орудие, два 13,2-мм пулемёта. Экипаж - 51 человек. В 1930 году построено четыре единицы: «Фрателли Бандьера», «Санторре ди Сантароза», «Чиро Менотти» и «Дючиано Манара». «Сантароза» потоплена командой в январе 1943 г., остальные отправлены в резерв в конце 1942 г. и сданы на слом в 1948 г.
 
Как и в случае с океанскими лодками, средние также были заказаны сразу двум конструкторам. Параллельно с «изделием» от Каваллини по такому же техническому заданию создавал свой проект и Бернардис. Естественно, однокорпусный, но с внешними цистернами.
 
К ним быстро, практически сразу после вступления в строй прибавились всё те же наделки-були, поскольку при разных «авторах» и размерах болезнь итальянских лодок первых генераций имела всё те же симптомы: слишком малая поперечная остойчивость. Не удивительно: тяжёлое орудие и пулемёты, довольно объёмная и высокая надстройка, острые обводы предназначенные для достижения высокой скорости тому весьма способствовали. Кстати, единицам типа «Пизани» удалось-таки достичь проектных 17 узлов при движении на поверхности, но, как и у лодок от «Този», она упала на те же два узла после установки булей. В целом же более «благородные» обводы корпусов лодок Бернардиса в совокупности с увеличенным запасом топлива сделали своё дело. При тех же механизмах дальность надводного хода увеличилась более чем на треть (до 5000 миль), а подводного ещё более значительно (на 50%). Тем не менее, военная судьба всех четырёх единиц типа «пизани» оказалась мало интересной: их посчитали «слишком медленными и старыми» для использования и модернизации и отправили на прикол в апреле 1942 года. Это ещё раз свидетельствует о крайней относительности «цифирных» характеристик субмарин: подобные «мамели» были ничуть не моложе и до установки новых дизелей имели такую же скорость при куда меньшей дальности. Но их оставили в строю, а «пизани» отправили в отставку. Правда, служба некоторых продолжалась, но уже на малопочётных ролях: «Баусан» превратили в плавучую топливную цистерну, а «Дженейс» использовали в традиционной для «отставников» роли станции для зарядки аккумуляторов более молодых «родственниц». Остальные просто сдали на разделку.
 
А Бернардис продолжил усовершенствовать свой проект, представив в 1927 году новый вариант «пизани», по которому год спустя заложили ещё четыре единицы. Рост водоизмещения до 925 т в надводном положении пошёл на увеличение запаса топлива и дальности. Несколько усилилось и вооружение, за счёт добавления пары торпедных аппаратов в корме. В остальном «Братья Бандьера» («Фрателли Бандьера»), так в честь сыновей австрийского адмирала итальянского происхождения Франческо, Аттилио и Эмилио Бандьера, назвали головную субмарину. (Эти патриоты Италии в 1844 году дезертировали из австрийского флота, примкнули к неудачному восстанию на Апеннинах и были казнены в том же году). Новые лодки мало чем отличались от предшественниц, к тому же, переняли их «болезни», прежде всего, недостаточную остойчивость. Пришлось и к ним применить уже испытанное «лекарство» -установку булей с соответствующими побочными последствиями в виде снижения скорости. Желание Бернардиса улучшить обводы для достижения максимального хода на поверхности в конце концов привело к обратному эффекту: заострённая носовая оконечность стремилась прорезать волну, что для низкой субмарины означало зарываться в толщу воды. Пришлось переделывать конструкцию носовой части, повысив её плавучесть. А уже в ходе войны, с учётом опыта боевых действий, избавились от обширной надстройки, заменив её в 1942 году на меньшую по размерам рубку по типу германских лодок. Впрочем, «братьям и компании» это не помогло: в том же году их окончательно разжаловали до учебных, кроме «Санта-розы», которая продолжила работать за всех. Именно работать, поскольку после первого же года войны все единицы этого типа использовались в качестве транспортов для доставки самого необходимого и важного войскам в Северной Африке. Там «Сантароза» и закончила свои дни. 19 января 1943 года она села на мель у входа в Триполи, где на следующий день её прикончил торпедой специально выделенный для этого британский катер. Для полной гарантии итальянцы ещё взорвали уже и так изуродованный корпус. Остальные единицы пережили войну у стенки и были исключены из списков флота в один и тот же день - 1 февраля 1948 года.
 
Практически по тому же проекту с очень небольшими изменениями спустя два года были заложены ещё четыре единицы, обычно выделяемые в отдельный тип «Скуало». Они переняли от предшественниц конструкцию, дизели и электромоторы, вооружение и большую часть оборудования. Естественно, с теми же недостатками в отношении остойчивости, которые устранялись теми же методами. И с аналогичной историей с заменой рубки, которую прошли не все единицы. Судьба обошлась с этой четвёркой жестоко: войну удалось пережить только одной головной «Скуало». «Трикеко» пошла на дно после попадания торпеды с английского «Апхолдера» в марте 1942 года, «Дельфино» затонула год спустя в результате аварии около родного Таранто, а «Нарвало» двумя месяцами раньше вынудил подняться на поверхность для последней экзекуции британский эсминец «Пэкинхем». Однако экипаж успел затопить лодку до того, как англичане попытались захватить её.
 
Так вот, шаг за шагом, спотыкаясь на тех же камушках, итальянский подводный флот, тем не менее, «выходил в люди». Несложно заметить, как амбиции сыграли свою отрицательную роль: попытки заказать и реализовать явно слишком «продвинутые» ходовые характеристики приводили к недопустимому снижению остойчивости, дополнительным объёмным работам по установке булей и, в качестве последствий, ухудшению этих самых характеристик. Вместе с тем нельзя не отметить очень приличную прочность корпусов, хорошие обводы, да и качество постройки. Итальянцы твёрдо шли к довольно двусмысленной характеристике «людей, которые умеют хорошо строить корабли, но не умеют на них воевать».
 
В. КОФМАН




Рекомендуем почитать
  • «РАЗНОБОЙ И ДОЛГОСТРОЙ»

    «РАЗНОБОЙ И ДОЛГОСТРОЙ»Ранее мы уже излагали изрядно запутанный путь развития французского подводного флота перед Первой мировой войной (см. «М-К» № 4 2014 г.), состоявший в бесконечной «подгонке к идеалу» небольших серий субмарин, созданных разными конструкторами, имевшими порой противоположные взгляды на то, каким должен быть подводный корабль, с использованием разнообразных двигателей. Но все они оказывались весьма далёкими от идеала, а чаще просто мало боеспособными. Хотя постепенно вырисовывалась общая для всех кораблестроителей в разных странах идея довольно крупной универсальной лодки, французский её вариант к роковому августу 1914-го выглядел всё ещё очень и очень неотчётливым.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ VK FB


Нашли ошибку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter.