Морская коллекция

КРЕЙСЕРА ПОРТУГАЛИИ

30.05.2014

КРЕЙСЕРА ПОРТУГАЛИИПортугальское наступление не было абсолютной неожиданностью для германской стороны. Часть земель к югу от реки Рувума на германо-португальской границе в Восточной Африке немцы захватили ещё в 1892 году, несмотря на протокол от 1886 г., отдавший их Португалии. С тех пор португальцы искали лишь удобный повод вернуть то, что по праву считали своим. Но, захватив примерно 45 га территории, войска упёрлись в берег реки, и наступление само собой захлебнулось. В далёкой Африке наступила позиционная война.

 
20 мая 1916 г. войска полковника Мендеша предприняли попытку форсировать реку и продолжить наступление. Для их поддержки португальцы смогли выделить те небольшие силы, которыми располагала колониальная администрации Мозамбика: крейсер «Адамаштур» и канонерку «Шаймити». Впрочем, справедливости ради, следует отметить, что им противостоял довольно серьёзный противник в лице корабельных орудий крейсера «Кенигсберг».
 
21 мая, точно по плану, главный калибр «Адамаштура» стал обстреливать предполагаемые германские позиции, и поскольку те не отвечали, два катера с крейсера, вооружённый каждый 37-мм орудием, ведя на буксире шлюпки, вооружённые пулеметами, приткнулись к неприятельскому берегу. Отвечая на плотный пулемётный и ружейный огонь противника, десантная партия во главе с мичманом Майя Ребелу немедленно спрыгнула на берег. Но, увы, не поддержанные основными силами, десантники были вынуждены покинуть плацдарм.
 
Два дня спустя матросы «Адамаштура» предприняли новую попытку разведки боем. Но снова десантников, во главе с мичманом Родригешом Жанейро, ждала неудача. На сей раз на берегу остались тела трёх убитых моряков.
 
Предвидя подобный результат в будущем, моряки настояли на проведение совместной операции с пехотой. К атаке 27 мая постарались подготовиться более тщательно. В то время как 150-мм орудия крейсера и 105-мм пушки береговой батареи пытались создать подобие огневого вала, пехотинцы и моряки с помощью бортовых плавсредств и подручных плотиков смогли достичь противоположного берега. А то, что случилось далее, нельзя назвать иначе как катастрофа. Подпустив португальцев поближе, скрытые в джунглях германцы открыли огонь на поражение и после непродолжительного, но кровопролитного боя сбросили нападавших в воду.
 
Герой предыдущих вылазок, Родригеш Жанейро, пал смертью храбрых, пытаясь вывести своих людей из-под обстрела. Раненый Майя Ребелу упал в реку, и его тело, вынесенное в море, удалось выловить матросам «Адамаштура». Командование над десантниками принял мичман Прештош Салгейру, который путём невероятных усилий смог начать эвакуацию вверенных ему людей. В это время он увидел тяжело раненного пехотного лейтенанта Феррейру. Взвалив его на плечи, храбрый мичман смог переплыть реку и вернуться к своим.
 
Этот эпизод, который по масштабам европейской войны сгодился бы лишь на какую-нибудь мелкую тактическую сводку, ввёл мозамбикскую администрацию в состояние прострации. А тем временем экипаж «Адамаштура» прощался с погибшими героями. Всего в ходе трёх операций он недосчитался четверых убитыми и пятерых пропавшими без вести, да ещё одиннадцать раненых — самые крупные потери португальского флота в бою во время Первой мировой войны!
 
Через месяц португальцы повторили свою попытку форсирования Рувума и даже закрепились на её левом берегу, но вскоре немцы, неожиданно перешедшие границу у озера Ньяса и устремившиеся в глубь страны, вынудили их эвакуироваться.
 
И снова значительную роль в операции сыграли моряки «Адамаштура» и «Шаймити»: они обеспечили высадку десанта, поддержали его артиллерийским огнём, а когда потребовалось, эвакуировали португальцев с плацдарма.
 
На дворе стоял 1916 год, и до окончания мировой бойни оставалось ещё долгих два года. Но, тем не менее, было ясно, что участь Тройственного союза уже предрешена. Поэтому вступление Португалии в 1916 г. в войну все истолковали как попытку вернуть себе территории по правому берегу реки Рувума.
 
Для политика конца XIX века подобная позиция Португалии выглядела более чем странно. До этого на протяжении нескольких веков пиренейское королевство оказывало Великобритании необходимую помощь как ресурсами, так и базами. Для объяснения причин столь кардинального изменения португальской политики необходимо рассказать, как за четверть века до этого в королевском флоте появились единственные за всю его историю крейсера.
 
К началу 1890-х гг. вся Африка была поделена между великими государствами. Португалия ещё со времён Великих открытий обладала крупнейшими колониями в Анголе и Мозамбике. К середине 1880-х гг. было достигнуто соглашение, по которому Португалии отходили прилегающие к её африканским колониям земли между атлантическим и индийским побережьем Африки, для создания единого владения. Из-за ограниченности военных ресурсов пиренейского королевства колонизация территорий замедлилась, в 1889 — 1990 гг. англичане сами захватили земли по берегам реки Замбези и озера Ньяса (территория современных Замбии, Зимбабве и Малави).
 
Этот небольшой колониальный инцидент похоронил некогда дружеские англопортугальские отношения: до этого британцы всегда выступали гарантом португальского суверенитета! Незамедлительно высказалось и другое пиренейское королевство — Испания в очередной раз откорректировала крейсерскую составляющую своей судостроительной программы. А королевским декретом от
 
20 марта 1890 г. в Португалии принималась грандиозная судостроительная программа, предусматривавшая строительство четырёх броненосцев береговой обороны и десяти крейсеров водоизмещением от 3400 до 4500 т и скоростью свыше 20 узлов!
 
Два крейсера предназначались для действия у Азорских островов, по одному — в Анголе, в водах Южной Америки, в Восточной Африке и на Тихом океане для присмотра за Макао и Тимором. Остальным крейсерам предстояло находиться в Лиссабоне, выполняя различные поручения или проводя ремонт перед заморским плаванием. Программа включала и значительное число небольших кораблей.
 
Экономика Португалии претерпевала коллапс: в январе 1891 г. правительство подавило восстание в Порту, а через год оно официально объявило о банкротстве банковской системы Португалии и перестало платить проценты по двум третям национального долга.
 
Финансировать постройку новых кораблей из бюджета было невозможно, и к сбору средств подключили общественность: через восемь лет по национальной подписке собрали сумму, эквивалентную 538 тысячам долларов. Более половины этих средств вложили в строительство в Италии крейсера, будущего «Адамаштура».
 
Новый морской министр Португалии Жасинту Кандиду да Сильва сумел пресечь практику «самофинансирования» флота и добился государственного участия в судостроительных программах. Средства приходилось экономить, аппетиты укротили, сделав ставку на крейсера второго ранга. Колониальные крейсера должны были обладать достаточным вооружением для противодействия типовым стационерам великих государств, оставаясь в пределах экономически целесообразного водоизмещения. Крейсерами первого ранга оставили лишь те, которые предполагалось держать в Лиссабоне.
 
Взяв за образец строившийся «Адамаштур», португальцы объявили международный конкурс, победитель которого получал заказ на два крейсера при условии передачи комплекта заводских чертежей организаторам. По ним предполагалось скопировать проект на казённой верфи Лиссабона, для чего выделялись средства на её модернизацию. В результате флот получил два однотипных крейсера французской постройки — «Сан Рафаэль» и «Сан Габриэль».
 
Корабли по французскому и итальянскому проектам получились близкими по тактикотехническим характеристикам. Судостроители использовали в проектах решения хорошо отработанные на крейсерах для национальных и иностранных заказчиков.
 
Стандартное водоизмещение обоих типов не превышало 1800 т, а максимальная скорость составляла 17-18 узлов. Вооружение — по два 150-мм и четыре 120-мм скорострельных орудия.. Кроме отличий национальной архитектуры, корабли разнились всей начинкой, вплоть до энергетики и конструкции корпуса и в деталях. Французские крейсера были чуть больше итальянского, и следовательно, менее быстроходными, зато вооружались они более длинноствольными орудиями Кане, а не короткими крупповскими. Позднее орудия главного калибра «Адамаштура» заменили для единообразия с пушками на других кораблях.
 
Очень кстати для португальского бюджета стал факт недобора скорости обоими французами. Вместо контрактных 17,5 узла из них с трудом выжали 15. Бесконечные доработки и модернизация механизмов сильно отодвинули готовность крейсеров. А начавшаяся вскоре забастовка маляров Гавра заставила фирму-строителя выплатить свыше миллиона франков штрафа. Французским проектом, сочетавшим относительно сильное вооружение при умеренной стоимости, заинтересовались и в Испании. Вскоре за португальской парой в Гавре заложили ещё один крейсер этого типа — будущую испанскую «Рио де ла Плату».
 
Тем временем в Лиссабоне готовились к закладке ещё четырёх крейсеров «французского» типа. Для адаптации проекта под португальские требования и технической помощи при строительстве в Португалию приехал французский инженер Альфонсо Кроно.
 
Изменив вооружение и мощность машин, ограничив скорость 16 узлами, получили довольно компактный кораблик водоизмещением в 1300 т. Однако гладко получилось лишь на бумаге: полное водоизмещение после всех доработок превысило 1600 т. Вооружение крейсера составлял всё тот же стандартный крейсерский 150-мм калибр орудий Канэ, с увеличением количества стволов до четырёх. Главный калибр дополняла пара 100-мм скорострелок.
 
Финансовые и политические проблемы повлияли на португальское судостроение. В итоге в строй вошёл только один — «Раинья донья Амелия», став первым стальным кораблём португальской постройки и последним в истории королевства крейсером.
 
Самым знаменитым крейсером в истории ВМС Португалии является единственный крейсер первого ранга — «Дон Карлуш I». Первоначально министерство, желавшее видеть в роли защитника Лиссабона новейший «армстронговский» тип, предполагало построить в Италии вместе с «Адамаштуром» 3600-тонный корабль со скоростью 22 узла. Но Жасинту Кандиду да Сильва настоял на заказе непосредственно у Армстронга полноценного корабля по типу японского «Иошино». А в январе 1897 г. с фирмой уже подписали контракт на 4200-тонный корабль. При скорости 22 узла будущий «Дон Карлуш I» должен был нести четыре 150-мм и восемь 120-мм скорострельных орудий.
 
Как уже говорилось, эти пять крейсеров остались первыми и последними представителями кораблей этого класса за всю историю ВМС Португалии, традиции в их наименовании сложиться не успели. Так первенец португальского крейсеростроения получил имя древнегреческого гиганта — духа моря Адамастоса, в португальском прочтении Адамаштура — главного героя известной поэмы «Лузиада» классика португальской литературы Луиша де Камойнша. В поэме открытие морского пути в Индию представляется как борьба Васку да Гамы с морским духом. Французская пара крейсеров получила имена в честь наиболее почитаемых в Португалии христианских святых — архангелов Гавриила и Рафаила. И, наконец, последняя пара была наречена в честь представителей правившей королевской семьи — короля Дона Карлуша I и его супруги королевы Доньи Амелии.
 
12 июля 1896 г. в Ливорно на фирме «Фрателли Орландо» торжественно спустили на воду португальского первенца. 2 августа 1897 г. на «Адамаштуре» торжественно подняли флаг, и на следующий день он вышел из Италии в Лиссабон. События в Гавре развивались с практически годовым опозданием, где в один день 5 мая 1898 г. спустили на воду «Сан Габриэль» и «Сан Рафаэль», и также в один день 10 сентября 1900 г. они подняли португальский флаг. А 22 сентября того же года близнецы вместе бросили якорь в Лиссабоне. В один день с «гаврскими братьями», 5 мая 1898 г. в Ньюкастле спустили на воду «Дона Карлуша I». 21 июня следующего года на пароходе «Перу де Аленкер» в Шотландию прибыл его экипаж и 8 июля корабль поднял Военно-морской флаг, вскоре уйдя в Португалию. Завершила качественное обновление португальского флота «Раинья донья Амелия». 10 апреля 1899 г. её спустили на воду и 23 мая 1901 г. зачислили в списки флота.
 
• Разумеется, что новейшим крейсерам в первую очередь была уготована представительская роль. Уже в 1898 г. «Адамаштур» совершил длительное заграничное плавание, предназначенное для поднятия престижа Португалии, посетив Бразилию, Уругвай, Аргентину, Анголу и Кабо-Верде. В январе 1900 г. королевская семья избрала «Дон Карлуш I» в качестве яхты для своего визита на Мадейру. А 9 апреля того же года корабль снарядили в Бразилию на представление Португалии в празднествах по поводу 400-летия открытия Южной Америки, где в Рио-де-Жанейро крейсер посетил президент Бразилии.
 
Презентация предмета гордости Португалии на высшем уровне прошла весьма успешно. Бразильские газеты в один голос писали о символе возрождающейся португальской мощи, несмотря на то, что в количественном и качественном отношении флот бывшей колонии уже давно догнал и перегнал свою бывшую метрополию.
 
Пожалуй, единственной неприятностью в ходе почти месячного визита в Бразилию стали восемь дезертиров. В середине июня корабль вернулся на родину. В августе крейсер отшвартовался в Ферроле, где его посетила испанская королевская семья. А в октябре всё того же года «Дон Карлуш I» доставил в Порто на церемонию открытия памятника Энрики Мореплавателю королевскую чету Португалии. Здесь отметился в международной эскадре и крейсер «Сан Рафаэль».
 
В январе 1901 г. крейсер представлял страну в Портсмуте, по поводу кончины королевы Виктории. А летом эскортировал королевскую семью на Мадейру и Азоры. В конвое яхты «Амелия» кроме «Дон Карлуша I» выступили крейсера «Сан Габриэль» и «Раинья донья Амелия». В июне 1902 г. «Дон Карлуш I» и «Реинья донья Амелия» участвовали в морском параде по поводу коронации короля Эдварда VII, доставив туда принца Луиша Филиппе, двоюродного брата английского монарха.
 
КРЕЙСЕРА ПОРТУГАЛИИ
 
148. Крейсер 2 ранга «Адамаштур» (Португалия, 1896 г.)
 
Водоизмещение 1729 т. Длина 74 м, ширина 10,7 м, осадка 4,65 м, энергетическая установка двухвальная мощностью 4000 л.с., максимальная скорость 18 узлов, дальность плавания 7200 миль, запас угля 420 т. Бронирование: палуба 30 мм, рубка 70 мм. Вооружение: два 150-мм, четыре 105-мм, четыре 76-мм и два малокалиберных орудия, три торпедных аппарата. Экипаж 237 чел.
 
149. Крейсер 2 ранга «Сан Габриэль» {Португалия, 1898 г.)
 
Водоизмещение 1771 т. Длина 73,8 м, ширина 10,8 м, осадка 4,34 м, энергетическая установка двухвальная, мощностью 4000 л.с., скорость 17,5 узла, дальность плавания 4500 миль, запас угля 300 т. Бронирование: палуба 19 — 25 мм, рубка 64 мм. Вооружение: два 150-мм, четыре 120-мм и десять малокалиберных орудий, один торпедный аппарат. Экипаж 242 человека. Всего построено два: «Сан Габриэль» и «Сан Рафаэль».
 
150. Крейсер 2 ранга «Раинья донья Амелия» (Португалия, 1899 г.)
 
Водоизмещение 1630 т. Длина 75 м, ширина 11,8 м, осадка 4,45 м. Энергетическая установка двухвальная мощностью 5000 л.с., скорость 20 узлов, дальность плавания 4200 миль, запас угля 322 т. Бронирование: палуба 30— 37 мм, рубка 51 мм. Вооружение: четыре 150-мм, два 100-мм и четыре малокалиберных орудия, два торпедных аппарата. Экипаж 273 человека.
 
«Дон Карлуш I» выбрали для проведении первых опытов с радио. В этом португальцы опередили на два года соседнюю Испанию, начав эксперименты в 1902 г., через три года после аналогичных опытов в Англии и Франции. Этот крейсер провёл первые в Португалии сверхдальние переговоры из Аргентины в начале 1910 г., в 1911 г., переименованный к этому времени в «Альмиранте Рейш». Его первым в Португалии оснастили новейшими оптическими дальномерами.
 
Интересно и участие кораблей, выражаясь современным языком, в гуманитарных миссиях. На этом поприще отличился «Дон Карлуш I», поскольку остальные крейсера тянули нелегкую лямку колониальной службы. Наиболее знаменитой такой миссией стала карантинная служба в конце 1905 г. в связи с эпидемией на Мадейре. Во время выполнения задания на крейсере находилась семья директора бактериологической лаборатории Антонью Регу. В январе 1906 г. его жена родила сына, наречённого в честь крейсера Карлушем — впоследствии капитана первого ранга Карлуша Фигейра Регу.
 
В начале 1900-х гг. Португалия начала широкомасштабные акции против работорговли, процветавшей в Африке. В 1902 г. при активном участии Индийского морского дивизиона началось наведение правопорядка в Мозамбике. Во время кампании в Баруе отличился «Сан Габриэль», а в Набури и Симуку — «Сан Рафаэль». Через два года подобную операцию провели в Анголе, с привлечением сил Дивизиона Южной Атлантики. И снова в кампании у Квамату «отметились» «Сан Габриэль» и «Раинья донья Амелия».
 
В 1903 г. «Раинья донья Амелия» участвовала в подавлении забастовки в Дору. Но в этом случае крейсера были по разные стороны баррикад. В апреле 1906 г. восстание на броненосце «Васку да Гама» поддержал экипаж «Дон Карлуша I». После заявления власти, что на насилие они готовы ответить насилием, мятежники сдались.
 
Тем временем интенсивная эксплуатация и практически полное отсутствие квалифицированного ремонта привели к заметному ухудшению технического состояния крейсеров. В 1905 г. стала на прикол «Раинья донья Амелия». А следом за ней разоружили «Дон Карлуш I» и послали на завод-строитель для капремонта.
 
В сентябре 1907 г. обновлённый крейсер вместе со всеми наиболее ценными единицами португальского флота («Дон Карлуш I», «Сан Рафаэль», броненосец «Васку да Гама» и миноносец «Тежу») образовал Практический дивизион Португальского флота.
 
Тем временем ситуация в стране резко ухудшалась. 28 января 1908 г. были убиты король Карлуш и наследный принц Луиш Филиппе. С октября 1909 г. начались восстания на флоте и в армии. Эти события привели к Октябрьской революции 1910 г., в которой флоту была уготована не последняя роль, хотя «Раинья донья Амелия» отправилась в плавание на Дальний Восток, а «Сан Габриэль» — на тихоокеанское побережье Америки. К октябрю 1910 г. в Лиссабоне остались «Сан Рафаэль», «Дон Карлуш I» и «Адамаштур».
 
В ночь 2 октября 1910 г. республиканцы приняли решение о вооружённом выступлении на рассвете 4 октября. Арестовав своих офицеров, к восставшим примкнули экипажи «Адамаштура» и «Сан Рафаэля». Экипаж первого возглавил лейтенант Жозе Мендеш Кабесадаш, а второго — лейтенант Тито де Мораиш.
 
Сигналом к началу восстания послужили три выстрела с крейсера «Адамаштур», произведённые по королевскому дворцу утром 4 октября. Восставшие под руководством мичмана Мачадо Сантуша атаковали казармы 16-го пехотного полка. В городе началась перестрелка. Несмотря на то, что и 16-й полк, и «Адамаштур», и «Сан Рафаэль» примкнули к восстанию, экипаж «Дон Карлуша I» занял выжидательную позицию.
 
Революционеры, взяв под контроль ключевые позиции в городе, обратили своё внимание на непокорный крейсер. Вечером на борт корабля вступили посланцы революционного комитета во главе с лейтенантом Жозе Карлушем да Майя. В результате их действий командир крейсера и три офицера были убиты, и бело-голубой монархический флаг над «Доном Карлушем I» спустили. На следующий день экипаж выделил 70 матросов в сводный морской отряд. Утром 11 октября, сломив сопротивление последних верных монарху частей, была провозглашена Португальская республика.
 
Революция обошлась Португалии в 76 убитых и около 300 раненых. Из 800 офицеров числившихся в строю на момент революции, лишь 16 подали в отставку. Одним из первых декретов нового правительства стало переименование кораблей с монархическими именами. В декабре 1910 г. «Дон Карлуш I» получил имя погибшего лидера революции адмирала Кандиду душ Рейша, а «Раинью донью Амелию» переименовали в «Републику».
 
Поскольку ряд стран медлили с признанием нового режима, несколько кораблей отправили в заграничные плавания. Первым в октябре 1910 г. ушёл к берегам Южной Америки «Адамаштур», чтобы Бразилия, Аргентина и Уругвай ускорили установление дипломатических отношений с новым правительством.
 
Экипаж «Сан Габриэля», который осенью 1910 г. находился в Кавите (Филиппины), поддержал политические перемены в стране и нанёс визиты в страны Азии, в итоге корабль совершил кругосветное плавание. Его приход на Тимор повлиял на подчинение местной администрации республиканскому правительству.
 
Тем временем политическая ситуация в метрополии развивалась далеко не лучшим образом. Современные португальские историки относят события 1911-1914 гг. к проискам роялистов, приведшим к гражданской войне. Последовало решение о возвращении всех крейсеров в метрополию, где их активно привлекали к боевым операциям. Для двух из них они закончились печально.
 
Утром 21 октября 1911 г. из-за плохой видимости «Сан Рафаэль» налетел на подводную скалу в районе устья реки Аве у Вила до Конде. Пробоина оказалась фатальной — и крейсер затонул. Военный трибунал после почти семилетнего расследования в итоге вынес оправдательный приговор командиру корабля и старшим офицерам.
 
На следующий год, прямо на традиционном Дне флота, 8 июля, у города Эспосенде сел на мель «Альмиранте Рейш». Когда выяснилось, что собственными силами он не снимется, вызвали канонерку «Лимпопо». Спустя четыре часа, сдав на канонерку часть грузов и используя прилив, крейсер стащили на глубокую воду.
 
С началом Мировой войны Португалия, опасаясь за свои колонии, усилила там своё присутствие. «Адамаштур», «Сан Габриэль» и «Альмиранте Рейш» остаток 1914-го и весь 1915 г. сопровождали в Анголу и Мозамбик транспорты с войсками.
 
Оставшаяся в метрополии «Република» вошла в состав Практического дивизиона морской обороны, который нёс наблюдение за режимом нейтралитета, что в итоге обернулось трагедией. 3 августа 1915 г. корабль вышел в море и 6-го числа сел на мель южнее города Пениши. Спустя шесть часов к месту трагедии подошли буксир «Берриу» и спасатель «Валькирьян», но их попытки вызволить корабль не увенчались успехом. А разразившийся вскоре шторм сделал их работу бессмысленной: волны нанесли кораблю роковые повреждения. 20 августа «Републику» исключили из списков флота. Военный совет на своём заседании, рассмотрев обстоятельства дела, через два с половиной месяца после катастрофы оправдал командира крейсера по всем статьям.
 
Между тем, после многочисленных сомнений и колебаний Португалия всё-таки вступила в Мировую войну. Поскольку единственная общая граница с Германией пролегала по территории Мозамбика, в мае 1916 г. там организовали уже описанные выше операции, в которых отличился «Адамаштур». После войны специальным декретом правительства корабль наградили Военным Орденом «Меч и Башня», а его боевой флаг передали в лиссабонский военно-морской музей, где он экспонируется и поныне.
 
К концу 1916 г. «Адамаштур» остался единственным боеготовым крейсером. Поэтому во время германского наступления в северном Мозамбике на его борт свезли золотой запас колонии, а сам крейсер был готов к выходу в море по первому приказанию.
 
«Сан Габриэль» встретил войну в Анголе. К этому времени германская колония на территории современной Намибии пала, и его пребывание там не увенчалось особыми лаврами. В апреле 1918 г. он сменил ушедший на ремонт в метрополию «Адамаштур» в Мозамбике. Техническое состояние старого крейсера оставляло желать лучшего и после возвращения в метрополию, в феврале 1922 г. его разоружили, а 22 января 1925 г. исключили из списков флота.***
 
Ещё короче оказалась карьера «Альмиранте Рейша». В 1915 г. вместо погибшей «Републики» его формально включили в состав Практического дивизиона морской обороны. В январе 1916 г., совершив последний выход в море с броненосцем «Васку да Гама», «Альмиранте Рейш» стал на прикол. Нагрузка военного времени и отсутствие качественного ремонта пагубным образом сказались на состоянии корабля. Надежды, что после замены наиболее изношенных труб котлов корабль возродится, не оправдались. В 1918 г. его разоружили и к апрелю месяцу он превратился в плавучую казарму. В январе 1925 г. его исключили из списков флота, а через месяц продали частной фирме, отбуксировавшей его в Нидерланды.
 
А вот дальнейшая судьба корабля не совсем ясна. После недолгих переговоров бывший португальский крейсер передали в распоряжение флота Нидерландов, и в итоге он нашёл свою гибель под германскими авиабомбами в ходе Второй мировой войны. Голландские историки это не подтверждают и не опровергают.
 
Последним крейсером Португалии остался её первенец «Адамаштур». В послевоенное время он вернулся к обязанностям стационера. В июне 1926 г. «Адамаштур» представил Португалию на Всемирной выставке в Филадельфии. Старый корабль принял участие в ещё одной войне. Во время интервенции Японии в Китае он высадил в Шанхае десант для защиты местной португальской колонии.
 
В 1930-х гг. уже порядком устаревший и изношенный корабль практически безвылазно стоял на рейде в Макао. Декрет 18 июня
 
1932 г. «понизил» его в звании сразу на две ступени до авизо второго ранга. Это было формальным решением, так как к этому времени корабль не представлял боевой ценности.
 
Вероятно, своей необычайно длинной биографией корабль был обязан правительству, просто не знавшему, как поступить с ним. В конце концов, морское министерство решило рискнуть — и старый крейсер отправился в свой последний путь.
 
Беспримерный переход начался 8 марта
 
1933 г. Перегоночная команда во главе с капитаном 2 ранга Медейрошем все три месяца находилась в психологическом напряжении и вела непрерывную борьбу за живучесть. Даже под всеми котлами он не развивал ход больше 4 узлов! 1 июля 1933 г. «Адамаштур» отшвартовался в Лиссабоне. 16 октября 1933 г. героический крейсер исключили из списков флота и в апреле следующего года продали с аукциона на слом.
 
Итогом неимоверного напряжения Португалия смогла в конце XIX века построить пять крейсеров. Эта пятёрка была единственными за всю историю Португалии настоящими крейсерами. Два из пяти кораблей этого класса погибли. Но, несмотря на гибель в военное время, все эти потери лишь условно относятся к боевым.
 
Безусловно, «Дон Карлуш I» выделяется из всей пятёрки. Именно он стал наиболее сильным и передовым кораблём своего класса. Например, на момент своей постройки он обладал самыми мощными водотрубными котлами в мире! Однако крейсер не выполнил ни одой из возложенных на него задач, для которых он создавался. Его вывели из состава флота именно в тот момент, когда необходимость в нём, наконец, возникла!
 
И, наоборот, посредственные и ничем не примечательные в техническом плане крейсера второго ранга зарекомендовали себя исключительно с лучшей стороны. Поэтому, приступив к послевоенной реорганизации флота, португальцы практически повторили техническое задание на колониальные единицы! Разумеется, за это время мировое кораблестроение сделало существенный шаг вперёд, а новые корабли классифицировали как авизо первого ранга.
 
А. АНКА, Н. МИТЮКОВ




Рекомендуем почитать
  • «ЛЕГКО ПЕРЕВОЗИМОЕ ИМУЩЕСТВО»

    «ЛЕГКО ПЕРЕВОЗИМОЕ ИМУЩЕСТВО»Мы оставили Россию и её подводные устремления в тяжёлый для страны момент, увы, лишь первый в многострадальном XX веке. Разразившаяся в 1904 году Русско-японская война застала Россию в далёком от готовности положении. Тем более эти слова можно отнести к подводному флоту. Его не просто не существовало, не имелось даже ни планов развития, ни более или менее пригодных для «воспроизводства» прототипов. Правда, Морское министерство успело подписать соглашение с бывшей фирмой Холланда - «Электрик Боут», на постройку на Невском заводе в Санкт-Петербурге серии из пяти единиц ещё осенью 1903 года. Однако выбранная система (корпуса строились в России, оборудование поступало из США), вполне разумная для столь нового дела в мирное время, в ходе войны стала несомненным тормозом. В итоге, даже головную «Щуку» доставили во Владивосток через несколько месяцев после того, как боевые действия завершились. Опоздали к делу и лодки от другого американца, Лэйка, также собиравшиеся в России по схеме мирного времени. Аналогичная же судьба постигла и более ранние по проекту холландовские «белуги». В результате единственной субмариной, прибывшей на Дальний Восток до цусимского разгрома, стал перекупленный у Лэйка «Протектор», он же «Осётр». Но и тот не успел приступить к действиям до окончания войны.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ VK FB


Нашли ошибку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter.