Морская коллекция

ЭПОХА ЗАОКЕАНСКОГО КОЛЕНВАЛА

16.04.2013

ЭПОХА ЗАОКЕАНСКОГО КОЛЕНВАЛАВ XIX веке Соединённые Штаты Америки стали настоящим «передовиком» в области подводного судостроения. В немалой степени этому поспособствовала Гражданская война, в которой обе стороны пытались активно использовать все мыслимые и немыслимые технические уловки. Впрочем, «подводный экспресс» набрал полную скорость далеко не сразу. После второй (и, как оказалось, последней) войны с Англией наступили десятилетия подспудного брожения мыслей, не часто выливавшегося в конечный продукт. Только в 1851 году любознательный энтузиаст Лоднер Филипс выдал первое «изделие», так сказать, нового розлива. 26-летний изобретатель происходил из вполне сухопутного штата Индиана, не имел серьёзного образования, мало что знал из опыта предшественников, а его основной профессией было... сапожное дело. Да и свободных средств практически не имел.

Всё это отнюдь не помешало молодому «технику» в молодой стране построить собственную подводную лодку. Первый блин вышел, естественно, комом: Филипс сподобился изготовить корпус из дерева без какой-либо обшивки. Субмарина получилась крошечной, всего 3,7 м в длину и чуть более метра в диаметре, и представляла собой узкую высокую бочку, к которой спереди и сзади примыкали два конуса. Безымянную лодку ждал логически понятный и быстрый конец: она затонула на озере Мичиган при первом же погружении, к счастью, проводившемся без людей. (Сложно представить себе храбреца, который находясь в здравом уме, рискнул бы разместиться в таком «цилиндрическом гробу»).

 
Но Филипса неудача не обескуражила, а только подхлестнула. Он повторил попытку, максимально учтя все недостатки первого опыта. Лодка (теперь уже получившая имя - «Марин Сигар» -«Морская сигара») стала намного больше (длина 6,1 м, диаметр 1,5 м) и обрела все элементы настоящей субмарины: балластную цистерну, двойной люк-шлюз в средней части (чтобы избежать случайного затопления), гребной винт, приводимый в действие, как несложно догадаться, человеком, даже систему регенерации воздуха и иллюминаторы в носовой части. От опрокидывания и самопроизвольного вращения вокруг своей оси при действии винта «сигару» избавляли четыре продольных киля. Но материалом оставалось всё то же дерево. Тем не менее, лодка реально погружалась и всплывала и даже двигалась под водой с совершенно невообразимой для столь примитивного «двигателя» скоростью, якобы около 3 уз. Скорее всего, помимо приобретённых технических навыков её автор обладал и недюжинным рекламным талантом. Он не только смог получить патент на гребной винт (привет Архимеду!), но и попытался продать «Марин Сигар» родному флоту. Получив отказ (тоже весьма своеобразный, в котором говорилось, что «суда нашего военно-морского флота плавают по воде, а не под водой»), Филипс ухитрился «уступить» своё изделие «индивидуалу» с деньгами. Увы, эта история закончилась совсем плохо: субмарина затонула на озере Эри вместе со своим новым владельцем. В 1915 году её нашли и подняли, обнаружив внутри жуткую картину: скелет несчастного покупателя. Между прочим, в течение продолжительного времени считалось, что в лодке погиб именно её изобретатель.
 
Но это не соответствует истине. Сам автор благополучно продолжил свою деятельность, создав собственный вариант жёсткого скафандра. С началом в 1861 году Гражданской войны он решил, что настал его звёздный час. Будучи истинным северянином, Филипс, естественно, предложил проект боевой субмарины федеральному правительству. «Американский таран» («Эмерикен Рам»), как он гордо назвал будущее подводное судно, в описании и чертежах представлял собой весьма любопытный проект. Корпус сохранил прежнюю форму, но при примерно удвоенной длине даже сузился. Изобретатель полагал, что такие обводы позволят развить приличную подводную скорость. А «двигателю» (понятное дело, всё тем же здоровым мужикам) предстояла нелёгкая работа: сгорбившись в «бочке» диаметром менее полутора метров, посменно по шесть человек, вращать огромный коленчатый вал, приводящий в действие гребной винт. (Стоит заметить, что среди всех вариантов «мускульного двигателя» именно этот с общим вращающимся валом, оказался хоть в какой-то степени практичным. Как мы расскажем далее, с его применением и была осуществлена первая удачная подводная атака). Впрочем, Филипс понимал, что даже команде в 13 человек, из которых от «гребной обязанности» освобождался только командир, придётся очень туго, поэтому предложил использовать для переходов в надводном положении паровую машину. Её трубу перед погружением предполагалось плотно закрывать, погасив предварительно жар в топке. Идея как идея, впоследствии прижившаяся на определённое время; непонятно только, где эту машину можно было бы разместить в очень тесном корпусе. Ведь значительную часть его объёма занимали баллоны со сжатым воздухом, который позволил бы «человеческому мотору» подольше работать под водой. Запас этот, впрочем, предназначался не только для людей.
 
Подводная лодка «Аллигатор», США, 1862 г.
 
Подводная лодка «Аллигатор», США, 1862 г.
 
Строилась на верфи «Нифи энд Леви» в Филадельфии. Тип конструкции - однокорпусный. Водоизмещение около 10 т. Размеры: длина 14,0 м, ширина около 1,37 м, высота корпуса 1,83 м. Материал корпуса: железо. Глубина погружения - около 10 м. Двигатель: мускульная сила, движитель - гребки, затем винт, скорость до 2 уз. Вооружение: сверло-коловорот, 6 пил, две пушки для подводной стрельбы. Экипаж: 18 чел. Погибла во время шторма в апреле 1863 г.
 
1 - коловорот; 2 - шлюзовая камера; 3 - смотровой купол; 4 - входной люк; 5 - цилиндр для регулировки плавучести; 6 - буи для страховки от «проваливания» на запредельную глубину; 7 - вьюшки с тросами для страховки буёв; 8 - устройство для регенерации воздуха; 9 - шахты с перемещающимися грузами; 10 - балластные цистерны; 11 - насосы; 12 - рычаги гребков; 13 - гребки
 
Ведь Филипс позаботился и об оружии, которым лодка оказалась буквально утыкана. Бывший сапожник проявил при том настоящее буйство фантазии, безусловно делающее честь его воображению; про возможность применения выводы лучше сделать самому читателю, благо, для этого не понадобится специальных знаний. В носу субмарины располагалось сразу два «средства поражения»: трубчатая направляющая для пуска ракеты, которая увлекала за собой на «привязи» мину, после удара ракеты о корпус неприятельского судна мина по инерции следовала за «носителем», взрывалась и топила врага; второе - огромный бур, вращаемый всё теми же неутомимыми членами экипажа, с его помощью в корпусе корабля противника проделывались обыкновенные дырки. Ударная мощь субмарины дополнялась... пушкой, наводящейся с помощью традиционного для танков «яблока» и стрелявшая посредством сжатого воздуха из тех же баллонов. И, наконец, - всплывающие мины, выпускаемые из шахты в кормовой части при прохождении под целью. Ни одного намёка на то, как обеспечить герметичность всех этих стрелялок-сверлилок-выпускалок при их действии в проекте не имелось. Что тут можно сказать? Разве что снять шляпу перед благоразумием Морского министерства, отказавшего Филипсу без всяких предварительных опытов с «Американским тараном».
 
Из реально интересных конструкционных идей, помимо огромного коленвала, в этом проекте можно отметить ещё лишь попытку решить проблему продольной устойчивости в подводном положении, доставившей столь много неприятных минут практически всем первым «субмаринёрам», а кое-кого приведшей и к гибели. Изобретатель-самоучка предложил своего рода автомат: маятник, который при отклонении от вертикали открывал нужный клапан, перепуская воду из балластных цистерн в носу или корме соответственно. При восстановлении равновесия клапан этим же маятником перекрывался. Довольно остроумно; впоследствии эту систему реализовывали в металле в разных проектах, пока не убедились, что инерционность её слишком велика, и вода в перепускной магистрали только увеличивает неустойчивость к дифференту. Так что, и с этим новшеством Филипсу не повезло, как не повезло ему и в жизни вообще: через 5 лет после окончания войны он умер от туберкулёза в возрасте всего 44 лет.
 
Несколько больше с реализацией задумок повезло «импортному» изобретателю, французу Брутусу де Вильруа. Свою первую лодку он построил ещё в 1832 году на родине; она представляла собой совсем небольшую конструкцию, длиной около 3 м и шириной и высотой около метра. Тем не менее, эта «игрушка» плавала, погружалась (правда, ненадолго, не более нескольких десятков минут) и всплывала. И даже в присутствии представителей правительства, которое всё-таки не особо заинтересовалось субмариной ни тогда, ни 20 с лишним лет спустя во время Крымской войны, когда Вильруа предложил построить подводный корабль более крупных размеров. Франция, воевавшая в союзе с Британией, в таких ухищрениях не нуждалась совершенно. Обиженный отказом, автор отправился за океан - искать новую родину и желающих воплотить в жизнь его идеи.
 
И нашёл таковых довольно быстро. Всего через год после прибытия в США Вильруа уже строил по заказу филадельфийского банкира С. Джирарда свою лодку. Конечно, богачу не пристало вести подводную войну; субмарина - редкий случай для того времени - предназначалась для более мирного и куда более прибыльного ремесла. Предполагалось, что выпущенные с неё водолазы смогут обнаружить запас золота с затонувшего почти век назад военного транспорта и сделают Джирарда ещё богаче.
 
Конструктор же просто воплотил свою задумку французского периода. Лодка длиной около 10 м и диаметром 1 м приводилась в движение обычным способом - гребным винтом с «мускульным механизмом». Наличие средств решало многое: её быстро построили и испытали, причём водолаз действительно поднял со дна и доставил в лодку камни и раковины, как свидетельство успешности осуществления задумки. Но, когда дело дошло до поиска реальных сокровищ, дело застопорилось. В истории нет свидетельств об успехах этого предприятия, и следовательно золото осталось на своём месте. Правда, постоянные погружения и всплытия привлекли внимание бдительных граждан. Ведь бывшие колонии в 1861 году вступили в кровопролитную схватку между собой: началась Гражданская война. Подозрительную «адскую машину» полиция Филадельфии взяла под арест с подозрением на то, что та нацелилась на важную верфь федералов.
 
Подводная лодка «Интеллиджент Уэйл», США, 1866 г.
Подводная лодка «Интеллиджент Уэйл», США, 1866 г.
 
Строилась на верфи в Ньюарке. Тип конструкции - однокорпусный. Водоизмещение полное около 13 т. Размеры: длина 8,74 м, ширина около 2,13 м, высота корпуса 2,74 м. Материал корпуса: железо. Глубина погружения - около 10 м. Двигатель: мускульная сила, движитель - винт. Вооружение: заряды, устанавливаемые водолазами, базирующимися на лодке. Экипаж: 13 чел. Погибла во время приёмных испытаний флота в 1872 г. Поднята, находится в музейной экспозиции
 
Однако Вильруа и его детище выплыли из опасных вод без потерь. Начальник верфи и созданная им комиссия в течение нескольких дней испытывали субмарину и опрашивали её конструктора. Результатом стал весьма положительный отчёт, попавший сначала к морскому министру, а от него - к самому президенту Линкольну. Тот же, несмотря на огромную занятость, уделил время для беседы с Вильруа. Дело в том, что федеральное правительство имело сведения о превращении противником захваченного фрегата «Мерримак» в загадочный корабль совершенно нового типа — первый броненосец. Уже на этой стадии неплохо было бы иметь против него столь же современный контр-аргумент, пусть даже в качестве подводной лодки. Француз (скорее, уже американец) получил заказ на разработку проекта субмарины, предназначенной не для мирной работы, а для атаки неприятельских судов.
 
Вильруа справился с делом в рекордный срок - один месяц! — благо, ему понадобилось лишь восстановить первоначальный «французский» вариант с учётом накопленного опыта. Морское министерство выдало заказ на постройку филадельфийской частной верфи в начале ноября 1861 года с условием готовности субмарины через 40 дней! Срок, вызывающий восхищение и... вполне понятное ожидание того, что выдержать его невозможно. Так и произошло: рабочие «торопились не спеша», главный строитель М. Томас активно конфликтовал с «лягушатником», поставленным в качестве главного контролёра за исполнением заказа, считая себя более компетентным инженером и пытаясь навязать более удобные (для себя же) технические решения. В итоге Вильруа даже перестал появляться на верфи, а лодку достроили уже после того, как бывший «Мерримак», ставший бронированной «Вирджинией», благополучно миновал блокировавшие его федеральные суда и перестал быть «сидячей уткой».
 
Многострадальную лодку, названную по сходству формы «Аллигатором», спустили на воду только через полгода после начала постройки, а потом достраивали ещё полтора месяца. Работы закончились лишь 13 июня, и «Аллигатор» стал не только первой субмариной, вошедшей в состав флота США, но и вообще первым подводным кораблём в мире, зачисленным в действующий флот.
 
«Разумный кит» в историческом центре ВМФ США (Вашингтон)
 
«Разумный кит» в историческом центре ВМФ США (Вашингтон)
 
Субмарина действительно несколько напоминала коварного хищника, давшего ей своё имя. Длинный узкий железный корпус, овальный в сечении, заканчивался скруглёнными конусами в носу и корме. Небольшая рубка с круглыми стеклянными иллюминаторами для освещения внутри, расположенная спереди, навеивала сравнение с крокодильей мордой с характерными наростами у глаз. Дополняли сходство «лапы» - гребки типа шильдеровских, только вот их число явно превышало все задумки природы: по восемь штук с каждого борта. Стоит заметить, что за это средство перемещения ответственен не Вильруа, а как раз споривший с ним Томас. Прав оказался именно изобретатель, использовавший на ранних лодках (и в проекте «Аллигатора») более эффективный и прочный коленчатый вал. В конце концов, пришлось гребки убирать и устанавливать коленвал. Помимо этой «потери темпа», лодка и флот США понесли другой, уже непоправимый урон. Изгнанный Томасом Вильруа не стал делиться секретом своего аппарата для регенерации воздуха, прибора, видимо, аналогичного «ноу-хау» Вильгельма Бауэра, поскольку, судя по отрывочным описаниям, поглощение углекислого газа осуществлялось пропусканием «отработанного» воздуха через известковую воду, после чего он насыщался кислородом, получаемым с помощи специального химического генератора. Когда военные спохватились, то «нового американского гражданина французского происхождения» так и не смогли найти: он канул в неизвестность.
 
Зато всё вооружение «Аллигатора», как предусмотренное первоначальным проектом, так и добавленное Томасом, осталось при нём. Набор боевых средств впечатляет как обширностью, так и весьма малой их применимостью. Наиболее буднично выглядит носовая камера-шлюз для водолаза, благо, Вильруа имел много опыта с таким устройством на своей «мирной» субмарине при поиске золота. А дальше начинается интересное. В командирской башенке располагался ручной привод, вращавший бур, размещённый в самом носу. Понятное дело, сверлить им предполагалось вражеские корабли - до сквозных дыр. Эта экзотика дополнялась ещё одним плотницким «струментом», шестью бортовыми пилами, расположенными под некоторым углом к продольной оси корпуса. «Аллигатор», как настоящая рептилия, потенциально мог «поскрестись» о борт или днище неприятеля, распилив его или хотя бы повредив до течи. Днище вражеского корабля казалось обречённым: если же не сработало бы и это снаряжение для разделки древесины, успех могли обеспечить две небольших пушки, установленные вертикально по бокам от рубки. Залп снизу должен был потопить цель; если дело не удавалось сразу, имелась возможность перезарядить пушки четыре раза.
 
Однако применить эти средства борьбы удалось бы разве что по совершенно беспечному и не желающему сдвинуться с места в течение долгих часов противнику. Неудивительно, что первое и единственное задание - взрыв важного железнодорожного моста, находившегося в руках конфедератов, предполагало использование единственного более или менее надёжного средства, водолаза, который и должен был установить заряды на быках. «Аллигатор» служил лишь транспортным средством. Но даже этой скромной задачи он выполнить не смог. После нескольких попыток пройти по реке стало ясно, что ему не хватает подводной скорости, пресловутые гребки постоянно ломались, наблюдение в илистой воде было сильно затруднено, да и вообще, для маневрирования просто не хватало глубины.
 
Так, по сути дела, завершилась, едва начавшись, активная боевая служба первого подводного корабля флота Соединённых Штатов. Субмарину отправили на ремонт и модернизацию, в ходе которой как раз и заменили гребки на коленчатый вал и убрали избыточное вооружение, ограничившись установкой шестовой мины. (Почему, станет ясно чуть ниже: ведь именно использование этого нехитрого оружия и привело к первой успешной подводной атаке). На испытаниях после завершения работ «Аллигатор» смог несколько десятков минут поддерживать скорость 2 уз., вполне приличную для «людской тяги». Сказывались довольно хорошие формы корпуса.
 
Подводная (погружающаяся) лодка «Пайонир», Конфедерация Штатов Америки, 1862 г.
 
Подводная (погружающаяся) лодка «Пайонир», Конфедерация Штатов Америки, 1862 г.
 
Строилась в мастерских в Нью-Орлеане. Тип конструкции - однокорпусный. Водоизмещение полное около 4 т. Размеры: длина 6,1 м, ширина 1,32 м, высота корпуса 1,83 м. Материал корпуса: железо. Глубина погружения - до позиционного положения. Двигатель: мускульная сила, движитель - винт. Вооружение: буксируемая мина Фултона («торпедо»). Экипаж: 3 чел. Не поступила на вооружение, затоплена ввиду приближения северян в апреле 1862 г. Поднята, находится в музейной экспозиции. На фото «Пайонир» в 1880 г. Лопасти гребного винта (слева) обломаны
 
Наконец в марте 1863 года подлодка вновь вышла в поход, чтобы присоединиться к блокадным силам северян. Понятно, что пройти сколько-нибудь долго в открытом море «Аллигатор» самостоятельно не мог, поэтому его тащил на буксире пароход. Разыгрался нешуточный шторм, тяжёлый груз, болтавшийся за кормой, угрожал погубить самого буксировщика, и его капитан приказал обрубить трос. Субмарина немедленно затонула, искать и поднимать её вдали от берега никому и в голову не пришло. Впрочем, флот Севера этой потери просто не заметил: его превосходство над противником было слишком большим и без подводных лодок.
 
Потеря «Аллигатора» не стала последней неудачей с «подводными играми» на Севере. В том же 1863 году там образовалась, ни много ни мало, «Американская компания по производству субмарин». Её основатели отнюдь не являлись романтическими: ими двигало желание получить доход от нового типа морского оружия. Они сознательно и настойчиво «пробивали» через Конгресс закон о каперстве (к тому времени уже действующий в Конфедерации), согласно которому подводная лодка могла получить патент на захват вражеских судов, а её владелец - солидную прибыль от захваченного груза. Именно под эту задачу инженер Скоуэл Мериам спроектировал для компании субмарину под любопытным названием «Интеллиджент Уэйл» («Разумный кит»). «Кит», возможно, и предполагался «разумным», но на деле оказался примитивным практически во всём, начиная с формы: короткий, широкий и высокий, хотя и с обтекаемыми обводами. В качестве «мотора» использовался опять коленчатый вал, вращать который должны были 9 из 13 членов экипажа. Двое из оставшихся четырёх человек команды являлись водолазами, для которых даже не нашлось шлюзовой камеры. Их выпускали через люки в днище, а вода не проникала в лодку по принципу водолазного колокола. Осуществлялась эта операция после постановки лодки на два якоря в виде массивных гирь на цепях. Водолазу предстояло укрепить мину на днище неприятельского судна и вернуться назад, в лодку, после чего капитан субмарины взрывал заряд замыканием цепи.
 
Схема подводной лодки «Американский ныряльщик»
Схема подводной лодки «Американский ныряльщик»
 
В принципе, ничего нового и особо интересного «Кит» в себе не нёс. Более того, закон о каперстве в Федерации не прошёл; постройка затормозилась, а затем и вовсе прекратилась. Только в 1866 году, после окончания военных действий, лодку довели до готовности и даже провели проверку в присутствии комиссии из военных инженеров. Как обычно на испытаниях, программу удалось выполнить, пусть и с накладками. Лодка погрузилась на 5 м, а вышедший из неё водолаз закрепил мину на днище цели. Тем не менее, начальство твёрдо сказало «Нет!». Война закончилась, «изделие» выглядело не слишком перспективным, денег за него «компанейщики» просили много. В общем, полный крах.
 
История с «Разумным китом» тем бы и закончилась, если бы не один из основателей компании, Оливер Хэлстид. Он откупил у остальных «отцов-учредителей» их доли, стал единоличным владельцем «чуда» и... начал настоящую битву с правительством США. В течение следующих пяти лет он пытался «впарить» субмарину военно-морскому флоту, постепенно раз за разом снижая цену. Процесс не шёл впрок никому: Хэлстид залезал в долги, а «Кит» без ухода и обслуживания потихоньку ржавел. Когда в конце 1872 года, через 9 лет после начала постройки, флот наконец-таки сдался настырному предпринимателю, на первых же испытаниях основательно проржавевший корпус дал настолько солидную течь, что команде еле удалось выбраться на поверхность. Лодка затонула. А вскоре печальная участь постигла и её хозяина: одному из кредиторов надоело ждать теперь уже невозможного возврата долга, и он пристрелил Холстида. Эта «бытовая история» с течением времени обросла своеобразными легендами. Согласно одной из них, конструктором субмарины являлся сам Холстид, по другой, «Интеллиджент Уэйл» тонул неоднократно, унося с собой каждый раз весь экипаж. На самом деле, этого не было; откуда пришла часть легенд, можно предполагать, узнав, как обстояло дело у противников северян.
 
А для Конфедерации южных штатов превосходство неприятеля вызывало острую нужду в «чудо-оружии», способном переломить ход войны на воде, снять блокаду, дать доступ к зарубежным источникам оружия и товаров. Одним таким средством стал первый броненосец, но лишь на очень недолгое время. Экономически более мощный Север стал строить то же самое, но быстрее, лучше и в большем количестве. Однако оставалась ещё одна возможность - подводные лодки, типичное «оружие слабых». И южане не преминули ею воспользоваться или хотя бы попытаться.
 
Первая «южная» субмарина имела весьма специфическое назначение, такое же, как «Кит» их соперников, а именно, каперство. Захват торговых судов северян сулил поживу от их груза, а удачные атаки блокадных сил - премии за потопление. В отличие от Конгресса Соединённых Штатов, правительство Конфедерации смотрело на такие дела куда как более благосклонно. Новым делом занялся новоорлеанский биржевой маклер Хорейс Ханли. Конечно, как и «Компания по постройке субмарин» северян, сам спроектировать и построить субмарину он не мог. Задачу выполнил инженер и конструктор Джеймс Мак-Клинток, всего за несколько месяцев соорудивший в практически лишённых нужного оборудования механических мастерских небольшой (водоизмещением всего 4 т) подводный кораблик, названный «Пайонир». Конструкция, конечно же, не предусматривала никаких изысков: два из трёх членов экипажа вращали всё тот же коленвал, соединённый с четырёхлопастным винтом, погружение и всплытие осуществлялись заполнением единственной балластной цистерны с откачкой воды ручным насосом. Приток воздуха обеспечивал гибкий шланг с поплавком на конце. В общем, Мак-Клинток использовал все известные приёмы подводного судостроения, включая оружие, представленное буксируемой миной по типу фултоновской «торпеды». Применять его предполагалось своеобразным способом. Лодка должна была время от времени подвсплывать, а единственный более или менее свободный член экипажа, командир - «ориентироваться на местности» (давая одновременно своим «моторам» глотнуть свежего воздуха) и погружаться снова, чтобы в конце концов подогнать мину к кораблю неприятеля.
 
Подводная (погружающаяся) лодка «Ханли», Конфедерация Штатов Америки, 1863 г.
Подводная (погружающаяся) лодка «Ханли», Конфедерация Штатов Америки, 1863 г.
 
Строилась в мастерских в Мобайле. Тип конструкции - однокорпусный. Водоизмещение полное около 2,5 т. Размеры: длина 12,2 м, ширина 1,16 м, высота корпуса 1,22 м, с рубками - 1,75 м. Материал корпуса: железо. Глубина погружения - до позиционного положения. Двигатель: мускульная сила, движитель - винт, скорость до 2,5 уз. Вооружение: шестовая мина (заряд). Экипаж: 9-10 чел. Два раза тонула в процессе испытаний и тренировок. Погибла во время успешной атаки корвета «Хаусатоник» в феврале 1864 г. Поднята, находится в музейной экспозиции
 
Тем не менее, простые идеи и экономное их воплощение привели к успеху: «Пайонир» нормально плавал и погружался и, что самое любопытное, даже смог поразить «торпедой» учебную цель (правда, всё это исключительно на глади озера Поншантрейн). Теперь Ханли не терпелось окупить свои расходы и получить прибыль. Он добился для своего «пионера» каперского патента и торопился вывести его в море. Но, несмотря на всю спешку, времени не хватило: северяне взяли Новый Орлеан, а команде и владельцу пришлось затопить своё детище в одном из каналов. Через 15 лет после окончания войны «частный капер» подняли и водрузили в городской музей как любопытный памятник изобретательности при отсутствии сил и средств.
 
Однако упорные «концессионеры» не успокоились и перебрались в порт Мобайл, где приступили к постройке новой субмарины. «Эмерикен Дайвер» (что-то вроде «Американского ныряльщика») был покрупнее (длина более 9 м) и имел две башенки с люками вместо одной. Причина проста: увеличенный до пяти человек экипаж, из которых четыре интенсивно крутили коленчатый вал, «выпивал» кислород из воздуха всего за четверть часа. Поэтому приходилось часто всплывать, «открывать форточки и проветривать помещение». Мак-Клинток предложил очень передовую идею: использовать для вращения винта электромотор, питаемый от аккумуляторной батареи, то есть именно тот двигатель, который стал классическим для подводного хода до появления атомного. Однако аккумуляторы и электромоторы того времени были слишком тяжёлыми и малоэффективными, и опыты закончились неудачей. А «форточки» погубили «Ныряльщика», погибшего, как и его северный соперник, в первой же попытке выхода в боевой поход. Даже обстоятельства оказались сходными: буксировка, волнение на море, быстрый уход субмарины на дно. К счастью, весь экипаж сумел спастись, но вот Ханли вновь понёс материальный урон. Он, как и Холстид, оказался близок к полному финансовому краху. Но когда такие «мелочи» останавливали предприимчивых американцев? Ханли со своими задумками подцепил «на крючок» техасского предпринимателя Эдгара Зингера, которого в многочисленных «историях подводных лодок» часто путают со всемирно известным фабрикантом швейных машинок Айзеком Зингером, «северянином» из Нью-Йорка. А Зингер-южанин действительно быстренько учредил специальную компанию «Зингер сабмарин корпорейшн» и раскошелился на необходимые средства.
 
Скорость постройки решала всё: Конфедерация начинала дышать на ладан. Мак-Клинток тут же приступил к делу. Долгое время ходили легенды о том, что для ускорения работ в качестве основы корпуса он взял старый паровозный котёл, к которому приклепали оконечности с более приличествующими кораблю острыми обводами. На самом деле, «Пайонир-3», как условно назвал свою третью лодку конструктор, был полностью специальной постройки, а его корпус имел большое относительное удлинение (более 10:1) и обтекаемую форму. В остальном Мак-Клинток, лишённый даже минимального запаса времени, особо не мудрствовал и повторил решения, опробованные на «Эмерикен дайвере».
 
В результате лодка вышла довольно примитивной. Так, например, балластные цистерны не имели крышек, и уровень воды в них определялся на глаз. Практически всё внутреннее пространство занимал «двигатель», усиленный до 7 - 8 человек, вращавших огромный коленчатый вал. В работе принимал участие даже помощник командира, если он не отвлекался в данный момент на другие обязанности. Свободным от этой повинности оставался только сам командир, на долю которого приходилось немало других дел: наблюдение за обстановкой через иллюминаторы, управление горизонтальными и вертикальными рулями, осушение ручным насосом носовой цистерны для балласта, не говоря уже о применении оружия. В качестве такового выбрали проверенную шестовую мину, вынесенную на 6 м от носа и представлявшую собой медный цилиндр с 32 кг пороха и несколькими контактными взрывателями. (Первоначально пробовали использовать буксируемую мину, с которой лодка ныряла под цель, протаскивала за собой канат с миной, затем снова всплывала и ударяла миной корабль противника. Но первые же испытания, проведённые в июле 1863 года показали ненадёжность системы).
 
Между тем, северяне наступали на Мобайл. «Подводной компании» пришлось перебираться в Чарльстон, в штате Южная Каролина, где перевезённую по железной дороге лодку снова спустили на воду. Там испытания с экипажем из добровольцев под командованием лейтенанта Джона Пэйна продолжились. Но ненадолго: 29 августа во время пробного похода произошло худшее. Дело в том, что вентиляционные трубы оказались слишком узкими и не обеспечивали обмена воздуха, так что лодка практически всегда ходила в позиционном положении с открытыми люками в обеих башенках. Эти башенки сами по себе были слишком тесными; человек с трудом протискивался в них, спускаясь в этот «плавучий гроб» или выходя из него. Командир, запутавшийся в вентиляционном шланге, случайно нажал ногой рукоятку управления горизонтальными рулями, лодка резко пошла носом вниз и затонула. Из-за тесноты пресловутых люков спастись удалось только обоим офицерам в башенках и ещё двоим морякам, находившимся поблизости. Остальные пятеро пошли ко дну вместе с субмариной.
 
Через две недели «Пайонир-3» подняли и отремонтировали. Испытания продолжились и снова завершились трагедией. Лодкой захотел поуправлять лично Хорейс Ханли, не имевший того опыта подводника, который уже приобрёл Пэйн. 15 октября субмарина погрузилась, но так и не поднялась на поверхность. Поднять её удалось лишь через три недели, и тут выяснилось, что погибла она не из-за обычной течи. Все члены команды оставались в живых до полного исчерпания запаса кислорода, тщетно пытаясь открыть люки, прижатые давлением воды. Очевидно, лодка получила большой дифферент на нос, скорее всего, потому что носовую и кормовую цистерны заполнили не одновременно. Она с ходу воткнулась в дно гавани. Съёмный киль, последний резерв для экстренного всплытия, отделить не удалось: заржавели крепившие его болты.
 
После этой катастрофы лодку назвали в честь погибшего -«Х.Л. Ханли», однако опять лишь неофициально. Из документов разваливающейся Конфедерации следует, что субмарина так и оставалась безымянной, вплоть до своей знаменитой атаки. Дальнейшему использованию она всецело обязана храброму пехотному (!) лейтенанту Джорджу Диксону, ставшему её третьим командиром. Именно он буквально упросил известного генерала южан Ч. Борегара разрешить атаку против корвета северян «Хаусатоник», мозолившего глаза осаждённому Чарльстону. Этот корабль уже успел нанести реальный и значительный урон, захватив прорыватель блокады с грузом вооружения, боеприпасов и медикаментов на огромную для того времени сумму более миллиона долларов.
 
 
 
Полуподводная (погружающаяся) лодка «Давид», Конфедерация Штатов Америки, 1863 г.
 
Полуподводная (погружающаяся) лодка «Давид», Конфедерация Штатов Америки, 1863 г.
 
Строилась на верфи фирмы «Саутерн Торпедо Боут Компани» в Чарльстоне. Тип конструкции - однокорпусный. Водоизмещение: свыше 20 т. Размеры: длина 15,24 м, ширина 2,74 м, высота корпуса около 2,7 м. Материал корпуса: железо. Глубина погружения—до позиционного положения. Двигатель: паровая машина, движитель — винт, скорость хода 5 уз. Вооружение: шестовая мина с зарядом 60 кг. Экипаж: 5 чел. Была начата постройкой серия из 3 единиц, завершена только одна. Провела несколько атак на корабли северян. Затоплена южанами
 
Диксон не спешил идти в бой с новой и совершенно «сырой» командой, набрать которую в основном пришлось, используя человеческую алчность (за потопление блокадного корабля чарльстонские предприниматели обещали выплатить 100 тыс. долларов, несколько миллионов по сегодняшнему курсу). Лейтенант продолжил проводить учебные выходы до февраля 1864 года, причём теперь лодку на всякий случай держали «на цепи», привязывая канатом, соединённым с мощной паровой лебёдкой, чтобы быстро вытащить в случае аварии. Наконец, вечером 17 февраля «Ханли» вышел в боевой поход и со своим мускульным двигателем героически преодолел 4 км, отделявшие его от стоящего на якоре «Хаусатоника».
 
Подробности самой атаки известны только по описанию северян. Дозорные вовремя заметили нечто, «похожее на плывущую доску» и подняли тревогу. Однако, в соответствии с планом Диксона, «живой мотор» развивал в это время максимальные обороты. Видимость была достаточно хорошей, чтобы наконец разглядеть «быстро приближающуюся большую шлюпку вверх дном, находящуюся в паре футов под водой». Последовавшие приказы дать ход и открыть огонь успеха не имели. Первое просто не успели сделать, а для второго орудия не годились: цель находилась уже вплотную к борту. Командир, с горя, выстрелил в башенку из двустволки, заряженной картечью. Бесполезно. Шестовая мина ударилась в борт, последовал взрыв, внутрь корпуса корвета хлынула вода - и он затонул в считанные минуты. А вот потери в людях оказались на удивление небольшими: всего пять человек. Остальные спаслись на снастях: мачты с такелажем торчали из воды, поскольку глубина в месте атаки составляла всего около 8 м.
 
«Ханли» из атаки не вернулась. Более века в описаниях доминировала красивая и героическая легенда о том, что после взрыва лодку затянуло в пробоину, и она затонула вместе с «Хау-сатоником». Но вскоре жертву субмарины разобрали на дрова, не обнаружив никаких следов «убийцы». Затем страну поглотили новые свершения и новые интересы, и о герое первой удачной подводной атаки попросту забыли, благо, все попытки обнаружить субмарину заканчивались неудачей. Между тем, в документах обнаруживалось всё больше свидетельств того, что «Ханли» удалось уйти после атаки. В 80-х годах XX века начались систематические поиски с участием в качестве «идеолога» известного создателя техно-бестселлеров Клайва Кесслера. В ходе работ применяли самую совершенную аппаратуру, включая чувствительные магнитометр и гидролокатор. Поиски увенчались успехом только в 1995 году: лодку наконец нашли! Но связанные с ней легенды не исчерпались: до сих пор данные о том, где именно нашли «Хенли», сильно расходятся - называются значения от 100 м до более 1000 м от «Хаусатоника». Субмарину подняли совсем недавно, в 2000 году, и поместили в музей. Но причина гибели осталась загадкой. Чего только не предполагалось: и повреждения от взрыва собственной мины, и результат обстрела из дробовиков и винтовок с борта корвета, даже таран другого корабля, подошедшего на помощь жертве. Так или иначе, первая удачная подводная атака состоялась, хотя материальные результаты оставляют глубокие сомнения. Достаточно вспомнить, что на лодке последовательно почти полностью погибли три экипажа, то есть людские потери составили в четыре раза больше, чем при взрыве «Хаусатоника». Но моральный эффект превысил материальный во много раз. Теперь ни один самый мощный надводный корабль не мог считать себя в безопасности: а вдруг из-под воды к нему приближается невидимый враг.
 
И не зря. Южане не ограничились постройкой «Ханли» и атакой, проведённой храбрым лейтенантом Диксоном. В Чарльстоне примерно в то же время обосновалась другая группа энтузиастов, состоящая из конструктора - армейского капитана Фрэнсиса Ли, и двух инженеров - Т. Стоуни и Д. Ибоу. Первый спроектировал, а два других руководили постройкой оригинального боевого судна, которое уместно назвать «полуподводной лодкой». Речь идёт о «Давиде», куда как более широко известном по сравнению с субмариной Мак-Клинтока. (Часто атаку «Хаусатоника» приписывают именно «Давиду»),
 
Гвоздём проекта нового корабля, по форме корпуса сильно напоминавшего тот же «Ханли», являлся двигатель. Ли решил наконец отказаться от использования быстро иссякающей мускульной силы. Основную часть внутреннего объёма «Давида» занимала паровая машина и её котёл (ввиду срочности, установку просто сняли с небольшого недостроенного корабля). В результате «почти субмарина» потеряла способность погружаться полностью: над водой оставалась срезанная плоская площадка вверху корпуса, огороженная невысоким фальшбортом, и торчащая над ней дымовая труба. Зато скорость резко возросла, аж до 5 уз.; главное же, держать её можно было достаточно долго, пока не кончится уголь.
 
В качестве вооружения на «Давиде» использовалась всё та же шестовая мина, так же размещённая на «древке» длиной около 6 м. Правда, сам заряд подрос в весе до 60 кг. Но и цель предстояло поразить куда более солидную. Вместо 2000-тонного деревянного «Хаусатоника» «малышу» южан противостоял корабль нового типа, броненосец «Нью Айронсайдз» водоизмещением почти 4300 т, способный в одиночку потягаться с любым береговым укреплением в районе Чарльстона и тем самым предопределявший падение города.
 
Первая атака «Давида» по хронологии предшествовала успеху Диксона. 20 августа 1863 года Д. Карлин вывел своё судно в море. Примитивная паровая установка всё время барахлила, поэтому командир подгадал поход так, чтобы при приближении к цели делу помогал прилив, а при уходе после атаке - отлив. Во мраке южной ночи всё же удалось заметить цель. Последовал приказ дать полный ход, и здесь, как назло, «паровик» сломался. «Полу-субмарина» оказалась в беспомощном состоянии в опасной близости от военного корабля, на котором через некоторое время обнаружили странный предмет и открыли по нему ружейный огонь. К счастью для конфедератов, аварию удалось устранить, и «Давид» ушёл не солоно хлебавши.
 
До следующего выхода прошло почти два месяца. 5 октября, уже под командованием лейтенанта У. Глассела, странное создание практически повторило попытку Карлина. Для гарантии новый командир вышел заранее, подобрался поближе к «Нью Айронсайдз» и стал на якорь - ждать наступления сумерек. Время для атаки (в начале десятого вечера) подбиралось таким образом, чтобы команда отошла ко сну, а на палубе осталась только немногочисленная вахта. Тем не менее, последняя исполнила свой долг. Вновь «Давид» был замечен, и по нему открыли беспорядочный ружейный огонь. Небольшой экипаж южан (5 человек) неожиданно ответил тем же; кому-то из них даже удалось смертельно ранить вахтенного начальника броненосца. К счастью для конфедератов, мощные орудия северянам применить не удалось: лодка оказалась в мёртвой зоне по углам снижения. Но нервы командира «Давида» не выдержали. Он привёл в действие заряд слишком рано, до того, как шест уткнулся в борт цели.
 
Столб воды поднялся до высоты мачт «Нью Айронсайдз». И броненосец, и атакующего сильно тряхнуло. Но первый не пострадал совершенно (специалисты сочли, что от взрывной волны мины, разорвавшейся близко к поверхности воды, его спас как раз броневой пояс). А вот «Давиду» пришлось плохо. Вода загасила топку; северяне срочно отрядили «в погоню» два монитора и два катера. Но вот погони-то и не получилось. Глассел счёл положение безнадёжным и приказал покинуть корабль, тут же свой приказ и выполнив. А вот один из матросов не умел плавать и предпочёл остаться на ненадёжном «плотике» среди продолжавшейся беспорядочной стрельбы из ружей. «Давид» беспомощно дрейфовал в течение часа, когда вдруг через фальшборт перевалился продрогший механик, так же оказавшийся не лучшим пловцом и не поспевший за командиром и двумя другими членами команды. Вдвоём «нарушители приказа» развели огонь в топке и в конце концов привели кораблик назад в Чарльстон!
 
В принципе, эту акцию можно считать почти успешной: полуподводная лодка вышла в атаку, добралась до цели и применила своё оружие. Северяне вроде бы отреагировали на новую опасность: караулы на блокадных кораблях усилили и приказали удвоить бдительность, особенно в тёмное время суток, открывая огонь по любому подозрительному предмету на поверхности воды. Но эти меры не помешали подлатанному «Давиду» повторить «ударный заход» в марте 1864 года. На этот раз целью стала канонерская лодка северян «Мемфис». И вновь мину взорвали слишком далеко, но противник хотя бы получил повреждения корпуса. Есть сведения о третьей атаке в апреле, на сей раз против фрегата федералов, не давшей результата. Тем не менее, полуминоносец-полусубмарина проявил значительную активность, к тому же он оказался более привычным для моряков плавсредством и менее зависимым от условий на море или реке по сравнению с «чистой» подводной лодкой. В итоге компании удалось получить заказ на серию «давидов». Реально постройкой завершили только два или три (если считать первый), но в боевых действиях принять участия они не успели. Чарльстон пал, а вскоре капитулировала и сама Конфедерация. Гражданская война закончилась.
 
Американцы из обоих противоборствующих сторон успели построить только весьма примитивные подводные лодки. Но всё же сумели их использовать на деле и даже достигли первого реального боевого успеха. И практика эта им впоследствии весьма пригодилась...
 
В.КОФМАН




Рекомендуем почитать
  • БОЛЬШОЙ ТОРПЕДНЫЙ

    БОЛЬШОЙ ТОРПЕДНЫЙ(Окончание. Начало в № 9’05). В мае 1953 года в связи с ликвидацией 4-го спецотдела (бывшего МГБ, а теперь уже Министерства внутренних дел СССР) ОКБ-5 закрыли, а его вольнонаемные сотрудники вошли в состав СКБ-5 по проектированию катеров дальнего действия, созданного 22 октября 1949 года на заводе № 5 Минсудпрома СССР. Здесь они продолжили дальнейшую разработку катера проекта 183, в том числе и по направлениям, заложенным еще в ОКБ-5 МГБ СССР.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ VK FB


Нашли ошибку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter.