НАЧАЛО ПРОТИВОСТОЯНИЯ

К августу 1914 года Британская империя была связана союзными договорами с Францией и Россией, но после вступления этих стран в войну с Германией еще несколько дней оставалась нейтральной. Правительству Его Величества для объявления войны требовался «достойный» повод, и долго искать его не пришлось. Немцы нарушили нейтралитет Бельгии, гарантом которого Соединенное Королевство (тогда еще не империя) выступало с 1839 года. Срок британского ультиматума Германии истек вечером 4 августа, после чего «Империя, над которой никогда не заходит солнце» официально вступила в войну со Вторым Рейхом.

Северное море. «Первая кровь»

Пока политики и «широкая общественность» обсуждали перспективы развязывания войны между Британской империей и Вторым Рейхом, германские военные к началу боевых действий готовились весьма энергично. Моряки, опасавшиеся внезапного удара по своим портам, сочли одной из наиболее эффективных мер предосторожности установку минных заграждений. Но при этом нормального оповещения о закрытых для плавания районах — в том числе и для немецких капитанов и лоцманов — не последовало. И такой подход к обеспечению безопасности судоходства немедленно привел к гибели судов.

Первым на мине подорвался британский пароход — танкер «San Wilfrido» тоннажем 6458 брт, принадлежавший «The Eagle Tanker Company Ltd» и вступивший в строй совсем недавно, в 1914 году. 3 августа судно находилось в реке Эльба, примерно в восьми милях выше Брунсбюттеля. Получив разрешение продолжить плавание (аресты и захват судов друг у друга будущие противники еще не начали), капитан «San Wilfrido» направился в море с заходом в Куксхафен. Но там не оказалось лоцмана, который мог бы провести «британца» через миноопасный район, а потому пароход шел обычным курсом. Моряки немецких портовых судов заметили, что «San Wilfrido» находится в опасном положении и попытались предупредить капитана, но спастись тому не удалось. Существуют две версии того, как именно подорвался «неудачник». По одной, его капитан правильно понял немецкие предупреждения и попытался сманеврировать, чтобы выйти в безопасные воды, но сделать это не успел. Согласно другому описанию, судно было подхвачено сильным отливом и его буквально вынесло на мины.

Как бы то ни было, но «San Wilfrido» подорвался на трех минах (в мемуарах адмирала Р Шеера говорится о двух взрывах) и начал быстро оседать кормой, сильно кренясь на левый борт. Хотя пароход затонул за очень небольшое время, немецкий буксир успел подойти к нему и снять экипаж (после объявления войны спасенные моряки оказались пленниками, как пишут в англоязычной литературе, «crew made prisoners»).

Вскоре оказалось, что мины представляли опасность и для самих немцев. Вечером следующего дня жертвой германской же мины стало вспомогательное судно «Skelleftea» (Depotschiff С) — привлеченный для службы в интересах военного флота небольшой пароход, построенный в Дании в 1902 году и имевший тоннаж 810 брт. Катастрофа произошла вечером, неподалеку от острова Зильт (устаревшее название — Сильт, нем. Sylt), в точке с координатами 55°04’ с.ш. 8°23′ в.д. На сей раз не обошлось без жертв — погиб весь немногочисленный экипаж, 13 моряков.

В литературе можно найти немало упоминаний о действиях против судоходства стран Антанты и «нейтралов» германских рейдеров — как кораблей спецпостройки, так и различных вооруженных судов (вспомогательных крейсеров и минных заградителей). О мерах британского флота, направленных против неприятельского торгового и промыслового флота, говорится меньше. Но даже из «классических трудов», например, 1-го тома работы Дж. Корбетта «Операции английского флота в мировую войну» (в оригинале -«Naval Operations» Vol. 1 by Sir Julian S. Corbett), можно узнать, что моряки Туманного Альбиона действовали весьма решительно: «Приняв радиограмму около 5 ч. дня и узнав из нее, что перевозки экспедиционной армии не предвидится, адм. Джеллико продолжал начатый поход в Северное море. Вскоре выяснилось, что немцы стараются обнаружить местопребывание флота, — были встречены рыбачьи траулеры с почтовыми голубями. Часть траулеров по снятии команды была потоплена, часть отправлена в Скапа и Кромарти».

Тут, правда, можно отметить, что небольшие рыбацкие суда в то время не имели радиостанций, а потому почтовые голуби служили обычным средством связи со своими портами. Но когда война уже началась, все сомнения можно было отбросить. Как сказано в басне И.А. Крылова, «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать».

Весьма серьезно отнесся к борьбе с неприятельскими перевозками и другой британский флотоводец — контр-адмирал Джон де Робек, на момент начала Великой войны командовавший 9-й эскадрой крейсеров. У сэра Джулиана Корбетта говорится: «Де-Робек на крейсере Vindictive, в сопровождении Highflyer, вышел из Плимута 4 августа и по пути встретил и захватил германский пассажирский пароход Тубантиа с запасами и золотом и прислал его под конвоем Highflyer».

Вообще-то в августе 1914 года крейсера Де Робека — и прославившиеся впоследствии «Vindictive» и «Highflyer» — в море и бельгийских портах «отловили» немало германских судов, включая такие лайнеры, как «Schlesien» и «Graecia». Но вот ведь какое дело: пароход «Tubantia» принадлежал нидерландской судоходной компании «Royal Holland Lloyd», она же «N.V Koninklijke Hollandsche Lloyd». Правда, на его борту действительно оказалось немало немцев-резервистов, пытавшихся вернуться на родину, а также предназначавшийся для Германии груз зерна. Но голландский грузопассажирский лайнер покинул берега Южной Америки до объявления войны, да и перевозимое им золото предназначалось для лондонских банков (в том числе и Лондонского отделения Немецкого банка). В итоге полторы сотни резервистов арестовали, а золото конфисковали.

«Tubantia» после всех этих злоключений была британскими властями отпущена. Но лайнер оказался невезучим: впоследствии его еще несколько раз задерживали по обвинению в перевозке военной контрабанды, а 16 марта 1916 года во время плавания из Амстердама в Буэнос-Айрес торпедировала германская субмарина UB-13. Поскольку судно несло все положенные «нейтралу» отличительные знаки, то случился большой международный скандал.

«Königin Luise». Поход и гибель

К августу 1914 года британский Королевский флот существенно превосходил германские морские силы. Поэтому немецкое командование приняло решение избегать большого сражения, при этом стараясь всеми возможными способами ослабить противника. Рейнхард Шеер (нем. Carl Friedrich Heinrich Reinhard Scheer, на момент начала Первой мировой войны — вице-адмирал, командующий II эскадрой линейных кораблей Флота Открытого моря) впоследствии отметил: «Задача, поставленная перед командующим Флотом Открытого моря, была сформулирована в переданном ему оперативном приказе: “Цель операций должна заключаться в нанесении английскому флоту потерь путем наступательных действий против морских сил, несущих сторожевую службу и блокирующих Германскую бухту, а также путем доведения до английских берегов постановок минных заграждений и, если возможно, активных действий подводных лодок. После того как, благодаря такому образу ведения войны, удастся уравнять силы, следует, приведя в готовность и сосредоточив все силы, попытаться ввести наш флот в бой при благоприятных условиях. Если еще и до этого представится случай нанести удар, то он должен быть использован. Кроме того, следует вести войну против торговли по призовому праву и как можно скорее выслать предназначенные для этого корабли в заграничные воды»».

Первыми действиями, предпринятыми в соответствии с этим предписанием, стали отправка в Атлантику вспомогательного крейсера «Kaiser Wilhelm der Grosse» и поход к английскому побережью вспомогательного минного заградителя «Königin Luise». В воспоминаниях Р. Шеера о событиях вечера 4 августа говорится: «…вспомогательный пароход-заградитель “Кенигин Луиза» в 21 ч. 30 мин. вышел из Эмса к устью Темзы. Так начались первые операции, связанные с ведением крейсерской войны и малой войны у берегов Англии. С напряженным вниманием мы следили в радиорубке флагманского корабля за развитием этих первых двух операций. Помешают ли большому быстроходному пароходу или же ему удастся беспрепятственно прорваться в океан? Радиограмма, переданная на “Кенигин Луизу”, гласила: “Идти полным ходом к Темзе. Поставить мины как можно ближе к английскому берегу, не ставить их вблизи нейтрального берега и севернее параллели 53°». Пароходу, который еще недавно поддерживал в летнее время сообщение с купальными курортами, расположенными на островах Северного моря, на следующий день (5 августа) около 11 ч. пришлось вступить в бой с неприятельскими крейсерами и истребителями. Пароход был потоплен торпедой. Перед боем он успел поставить свои мины, и жертвой их стал преследовавший его крейсер “Эмфион”».

Выбранное для рискованного похода к берегам Англии судно представляло собой «курортный лайнер» (иногда классифицируется как паром) компании HAPAG и предназначалось для перевозки отдыхающих на остров Гельголанд и обратно, а в зимнее время — для работы в Средиземноморье на линии Генуя — Ницца. Свой последний рейс с Гельголанда «Königin Luise» завершила 31 июля, 2 августа паром реквизировал флот, а уже 3-го числа на нем вовсю шли работы по переоборудованию в минный заградитель, командование которым принял корветтен-капитан Бирман.

Судно, названное в честь королевы Луизы -супруги прусского короля Фридриха Вильгельма III — было построено в Штеттине на верфи «Vulcan» (строительный номер 344) и вступило в строй в конце сентября 1913 года. Его тоннаж составлял 2163 брт, водоизмещение — 2160 т. В качестве главных механизмов на «Königin Luise» стояли паровые турбины мощностью 6500 л.с., а «изюминкой» силовой установки считался трансформатор Фёттингера — гидравлическая трансмиссия, в то время еще не получившая сколько-нибудь широкого распространения. Максимальная скорость судна — 20 узлов.

Известно, что по первоначальному плану артиллерийское вооружение «Königin Luise» должно было состоять из двух 8,8-см орудий. Однако спешно переоборудуемый минный заградитель их так и не получил, и на него поставили две 3,7-см револьверных пушки с запасом 400 снарядов. До сих пор в немецкой и англоязычной литературе существуют две версии, почему случился подобный «казус». Согласно первой, нужных орудий просто не оказалось под рукой. Но более вероятной кажется вторая: для установки более тяжелых артсистем требовалось сделать подкрепления, а время поджимало. Потому и пошли на явное ослабление артиллерии, но для малокалиберных скорострелок никаких подкреплений не требовалось. Да еще и проблемы с хранением боезапаса сводились к минимуму. Впрочем, немцы и не предполагали вступать в артиллерийский бой, надеясь на неприметность «купца», даже получившего окраску по образцу судов британской компании Great Eastern Railway. Минное же вооружение оказалось весьма серьезным — 200 единиц. Но в свой первый и последний поход корабль отправился, приняв 180 мин.

Уже 3 августа «Königin Luise» вошла в состав германского флота (как Hilfsstreuminendampfer В), и вечером следующего дня отправилась к устью Темзы. Сама минная постановка прошла, насколько известно, без проблем. Но к несчастью для немцев, их действия заметили с одного из британских траулеров (насколько известно, это было судно «Little Boys» из Лоустофта). Примерно в 9 часов утра 5-го числа рыбаки сообщили встреченному отряду кораблей Королевского флота о подозрительном пароходе, который «выбрасывает вещи за борт» («throwing things overboard»). Шкипер траулера Чарльз Райт также весьма точно указал, где именно был замечен этот пароход.

Британский отряд состоял из крейсера-скаута «Amphion» (типа «Active») и 19 эскадренных миноносцев типа «L» из состава 3-й флотилии эсминцев, входившей в состав недавно созданных Харвичских сил. Им предписывалось патрулировать на морских путях между Великобританией и Нидерландами. Возглавлял это соединение командир крейсера кэлтен Сесил X. Фокс. Его корабль вступил в строй в 1913 году, имел нормальное водоизмещение 3340 дл. т и развивал скорость до 25 уз. Вооружение состояло их десяти 4-дюймовых и четырех 3-фунтовых (47-мм) орудий, а также двух подводных 18-дюймовых торпедных аппаратов. Бронирование скаута определялось как «незначительное» -палуба толщиной 0,5 — 1 дюйм и 4-дюймовая боевая рубка.

Эсминцы типа «L» также относились к числу новейших представителей своего класса. Они вступали в строй в 1913-1915 годах (20 единиц были заложены до начала «мировой бойни», еще два уже в период войны), строились разными фирмами и в силу этого имели некоторые отличия — как во внутреннем устройстве, так и во внешнем виде. Однако по ТТХ корабли практически не отличались. Их нормальное водоизмещение составляло 970 дл. т, скорость — 29 уз, вооружение — три 4-дюймовых орудия и два двухтрубных 21-дюймовых торпедных аппарата. Незначительно отличалось лишь «вспомогательное» вооружение. Одни эсминцы несли один или два 2-фунтовых (40-мм) «пом-пома», другие — две 1,5-фунтовых (37-мм) пушки.

Получив информацию от траулера, кэптен Фокс отправил вперед «Lance» и «Landrail». Германский минзаг, заметив приближающегося неприятеля, попытался спастись бегством, но был настигнут после 30-мильной погони. Когда расстояние между противниками сократилось до 4400 ярдов, «Lance» в 10:45 «перешел к активным действиям» — именно его орудие произвело первый британский выстрел в ходе Великой войны (ныне эта 4-дюймовка образца Mk.IV — экспонат лондонского Имперского Военного музея). Однако стреляли совсем недавно вступившие в строй «Lance» и «Landrail» не слишком точно, но затем в бой вступил «Amphion». Крейсер открыл огонь с дистанции 7800 ярдов и примерно в 11:15 начались попадания в «германца», чье положение быстро стало безнадежным. От попаданий британских снарядов возникло несколько пожаров, имелись пробоины по ватерлинии, сильно пострадала кормовая часть «Königin Luise». Корветтен-капитан Бирман отдал приказ ускорить затопление открытием кингстонов. Вскоре после полудня (13:20 по берлинскому времени) вспомогательный минзаг затонул. Место его гибели зафиксировано довольно точно — 51°52′ с.ш. 02°20′ в.д. Победители спасли 75 человек из его экипажа (из них пять офицеров), в том числе «Amphion» принял на борт 21 немца, a «Lance» — 28.

«Умирая, убей того, кто убил тебя»

На «Lance» при стрельбе было повреждено одно из орудий, а потому его отправили в Гарвич. Британское соединение, продолжая выполнять поставленную задачу, прошло до принадлежавших Нидерландам Фризских островов. Немецких кораблей и судов обнаружить больше не удалось, и около 21 часа отряд повернул обратно, возвращаясь в Гарвич. Перед Фоксом встал непростой вопрос: какой именно курс выбрать, чтобы не попасть на поставленные немцами мины. Увы, но представления об опасном районе оказались ошибочными. Рассчитывая пройти в 7 милях к западу от предполагаемой границы вражеского заграждения, кэптен допустил роковую ошибку. 6 августа в 06:35 шедший 20-узловым ходом «Amphion» подорвался на мине. Взрыв произошел в районе носового мостика и корабль сразу же получил тяжелейшие повреждения. Как пишут английские авторы, «эффект был катастрофическим».

Эсминец «Linnet» попытался взять пострадавший флагман на буксир, но разрушения корпуса оказались слишком серьезными. Судя по всему, был перебит киль, и носовая часть буквально отваливалась. Фокс приказал покинуть корабль, который вскоре подорвался на второй мине. В результате этого взрыва сдетонировали погреба, и во все стороны полетели обломки. Поднятое в воздух 2-фунтовое (возможно, 4-дюймовое) орудие благополучно миновало «Linnet», а вот «Lark» не избежал жертв — два британских моряка и спасенный немец были убиты 4-дюймовым снарядом. Неприятное попадание металлическими обломками получил «Legion», находившийся в 4 или 5 кабельтовых от крейсера. На этом эсминце была повреждена одна из труб кормового торпедного аппарата — в ней заклинило торпеду. «Счастливчиком» можно назвать «Loyal»: он оказался в двух кабельтовых от места взрыва, и обломки перелетели через него.

Собственно говоря, точная причина взрыва погребов не установлена, однако британские офицеры были уверены в справедливости именно минной версии. Один из них отметил: «Второй взрыв, на мой взгляд, был, несомненно, вызван тем, что корабль подорвался на второй мине под рубкой, в результате чего сдетонировал лиддит». Можно лишь добавить, что от места первого взрыва «Amphion» находился примерно в миле.

Когда дым рассеялся, британские моряки увидели, что нос крейсера ушел под воду, а корма задралась под углом 45°. Но в таком положении она пребывала недолго, вскоре скрывшись под водой. Согласно донесениям военного времени, потери экипажа невезучего скаута погибшими составили 132 человека, в том числе одного офицера («one officer and 131 men were lost»), 16 офицеров и 135 матросов спаслись. Однако в книге известного британского историка Пола Кемпа «The Admiralty Regrets British Warship Losses of the 20th Century» и в ряде других изданий приводятся несколько отличные данные — 151 погибший и 174 спасшихся, многие из которых получили ранения. Общие потери личного состава «Königin Luise» — 77 человек.

Адмирал Шеер в своих воспоминаниях историю похода и гибели вспомогательного минного заградителя оценил следующим образом: «Жертвы с нашей стороны не были напрасными. Прежде всего, они стоили неприятелю потери нового крейсера, но еще важнее было впечатление, произведенное как у нас, так и у неприятеля. Так с самого начала определилось положение, при котором противник, ища укрытия от наших агрессивных методов ведения войны, предпочел уйти в северные воды, а не избрал иной путь — закупорку наших выходов в море».

«Моделист-конструктор» № 7’2025, Борис СОЛОМОНОВ, Павел СОЛОМОНОВ